В золотом свете заходящего солнца усталое лицо Хомили казалось жёлтым, челюсть отвисла.
– Здесь… но где – здесь?
Под махнул рукой:
– Где-нибудь на этом поле.
– На этом поле… – тупо повторила Хомили, вперив взгляд в его едва различимые границы и далёкие группки утонувших в тени деревьев.
– Ну, само собой, нам придётся поискать эту нору, – смущённо добавил Под. – Не думала же ты, что мы направимся прямо к ней.
– Я думала, ты знаешь, где она, – совершенно сникла Хомили.
Голос её звучал хрипло, и Арриэтта, переводя взгляд с одного родителя на другого, непривычно для себя самой молчала.
– Я привёл вас сюда, верно? – сказал Под. – На худой конец, переночуем на открытом воздухе, а завтра с утра начнём искать.
– А где ручей? – спросила Арриэтта. – Кажется, тут где-то должен быть ручей.
– Так оно и есть, – ответил Под. – Он течёт с той стороны пастбища вдоль живой изгороди, а потом сворачивает – вон там – и пересекает тот дальний угол. Та густая зелёная полоса – неужели не видишь? – это камыш.
– Да-а, – неуверенно протянула Арриэтта, изо всех сил напрягая глаза, затем добавила: – Я хочу пить.
– И я, – сказала Хомили и вдруг села на землю, как будто из неё выпустили воздух. – Всю дорогу вверх – шаг за шагом, час за часом – я говорила себе: «Ничего, как только мы доберёмся до этой барсучьей норы, я сяду и первым делом выпью чашечку горячего крепкого чая», – только это меня и подбадривало.
– Что ж, и выпьешь, – сказал Под, – у Арриэтты есть свечка.
– И я тебе ещё кое-что скажу, – продолжила Хомили, уставившись в одну точку. – Я не могу идти через это поле, ни за что на свете не пойду, придётся нам обходить его кругом.
– Так мы и сделаем, – согласился Под. – Посреди поля барсучьей норы не найдёшь. Мы обойдём его вокруг постепенно, одну сторону за другой, и начнём завтра с утра. Но сегодня нам придётся спать не раздеваясь, это точно. Сейчас начинать поиски нет смысла: скоро совсем стемнеет, солнце вот-вот зайдёт за холм.
– И собираются тучи, – заметила Арриэтта, глядя на закат. – Как быстро они мчатся!
– Дождь! – вскрикнула Хомили в ужасе.
– Надо спешить, – сказал Под, закидывая мешок за спину. – Давай сюда твой, Хомили, тебе будет легче идти…
– В какую нам сторону? – спросила Арриэтта.
– Пойдём вдоль этой, более низкой изгороди, – сказал Под, трогаясь с места. – Постараемся добраться до воды. Если нам это не удастся до того, как пойдёт дождь, укроемся где сможем.
– Что значит – где сможем? – спросила Хомили, ковыляя следом за ним по кочкам в густой траве. – Осторожно, Под, крапива!
– Вижу. – Они шли сейчас по дну неглубокого рва. – А укрыться можно в ямке или ещё где-нибудь. Вот, кстати, вполне подходящая. Видишь? Под тем корнем.
Подойдя ближе, Хомили заглянула внутрь.
– Ой нет, я туда не полезу! Там внутри может кто-нибудь быть.
– А то заберёмся под изгородь, – предложил Под.
– Ну, там от дождя не укрыться, – возразила Арриэтта, шагая чуть в стороне от родителей по склону рва, где трава была ниже. – Мне отсюда видно: там одни стволы и ветки.
Ей стало зябко от свежего ветерка, под которым вдруг закачались листья на кустах, загремели сухие стручки, ударяясь друг о друга.
– Небо уже почти совсем затянуло!
– Да, скоро стемнеет. Ты лучше спускайся сюда, к нам, а то ещё потеряешься, – сказал Под.
– Не потеряюсь, мне отсюда лучше видно. Ой, смотрите-ка! – вдруг воскликнула Арриэтта. – Это же старый ботинок. Он нам не подойдёт?
– Старый – что? – не веря своим ушам, переспросила Хомили.
– Возможно, что подойдёт, – сказал Под, оглядываясь по сторонам. – Где он?
– Слева от тебя. Вон там. В высокой траве…
– Старый ботинок! – ужаснулась Хомили, увидев, что он сбросил на землю оба мешка. – Ты в своём уме, Под?
Но не успела она договорить, как хлынул дождь, по траве запрыгали огромные капли.
– Возьмите мешки и станьте обе под лист щавеля, а я пока посмотрю.
– Старый ботинок… – повторила Хомили, всё ещё не веря своим ушам, в то время как они с Арриэттой скорчились под широким листом. Ей пришлось кричать во всё горло – дождь не шуршал, а грохотал по листу. – Ну и шум! Прижмись ко мне, дорогая, а то простудишься, это уж как пить дать. Батюшки, мне попало за шиворот!..
– Смотри, – сказала Арриэтта, – папа нас зовёт. Пойдём.
Хомили наклонила голову и выглянула из-под качающегося листа. Там в нескольких ярдах от них стоял Под, еле видный среди мокрой травы за завесой дождя. «Как в тропиках», – подумала Арриэтта, вспомнив свой «Географический справочник», и представила себе, как человек борется со стихией; болота в джунглях, дышащие миазмами леса… А она смогла бы?..
– Что он ещё придумал? – раздался недовольный голос Хомили. – Не можем же мы выйти из-под листа в такой ливень… Ты только взгляни.
– Мы скоро будем по колено в воде, – возразила Арриэтта. – Ты разве не видишь? Ведь это ров. Ну же, мама, вылезай. Нам надо со всех ног бежать туда, папа нас зовёт.
Они кинулись бегом, пригнувшись к земле и чуть не оглохнув от грохота дождя.
