Но войны как таковой уже не было. Бородатые ребята уже не шастали по горным тропам. Они свободно ездили по дорогам, не обращая внимания на редкие блокпосты. Разведчики уже не выходили в рейды. Мирные жители старались обходить зеленку стороной. Там и на мину можно было наступить, и растяжку задеть.
Жак шел впереди. Захар с Рапсом двигались по его следам, но им все равно было не по себе.
— Чуть-чуть осталось, — сказал Жак. — Только дорогу перейти.
Еще позавчера они грузились в самолет. Захар знал, куда едет, но чувствовал себя мирным путешественником. И вдруг он уже у черта на рогах.
Жак и сам нервничал, но в целом чувствовал себя лучше всех. У него были опыт и сноровка. Впрочем, Захара и Рапса выручала горная подготовка. Не зря они Кукуй вдоль и поперек облазили.
«Уазик» пропал в облаке пыли. Жак слушал, всматривался и наконец-то махнул рукой.
Парни пересекли дорогу и начали спускаться по тропке, которая скрывалась в буковых зарослях. Но вдруг из оседающего облака пыли выскочил знакомый «уазик».
Пули просвистели у Захара над головой. Рапс упал. Захар схватил его под руки, потащил к зарослям.
— Жак!
Тот обернулся, подскочил к ним, схватил Рапса за другую руку. Снова ударили автоматы. Захар и Жак упали, а Рапс, напротив, поднялся и зайцем помчался к спасительным кустам. Оказывается, пуля его даже не задела. Страх уложил парня на землю. Зато сейчас он оказался живее всех живых.
— Бежим! — крикнул Жак.
В тот же миг автоматы прекратили стрелять. И как он только предугадал момент?
Парни скрылись в кустах, углубились в заросли. Но Жак заметил, что вооруженные люди бегут за ними. А у них нет оружия. Спасение только в ногах, а беда — в минах, на которые они могли напороться.
Но им везло. Мины под ногами не рвались, а боевики остановились. Видно, решили не рисковать. Они стреляли наугад, но одна пуля срезала-таки лоскуток материи с маскхалата Захара.
Сначала упал, не выдержав темпа, Рапс. Рядом с ним свалился Захар. Жак не позволил им залеживаться. Он увел их с тропинки в самую гущу, оставил там и пошел назад, чтобы запутать следы. Чутье заорало в ухо Захару, что Жак больше не вернется. Он вдруг почувствовал себя сиротой.
— Вот скажи, какого хрена мы здесь делаем? — проскулил Рапс.
Захар ничего не сказал, лишь глянул на него. Рапс тут же прикусил язык.
Жак вернулся, сел рядом с Захаром, отдышался и сказал:
— Все, дальше не пойдем.
— А как же схрон? — спросил Захар.
— А нужно? — с усмешкой осведомился Жак. — Ты же сказал, что и без стволов можно.
— Можно и без мозгов.
— Да?
— Ты вот живешь, и ничего, получается.
— Не злись. Тебе это не идет. Здесь схрон. Я же сказал, что рядом.
Жак огляделся, смерил расстояние между деревьями, нашел точку, где нужно было копать, схватился за лопатку и вонзил ее в землю. Сначала появились плотно сложенные ветви, затем полиэтилен. В конце концов Жак разрыл весь тайник.
Там автоматы, пистолеты, гранаты. Оружия хватило бы на целый взвод, но именно это и удручало парней. Все стволы они не могли унести чисто физически. Оружие надо было надежно упаковать, доставить к вокзалу, погрузить в поезд и везти через полстраны, стараясь не привлекать к себе внимания.
Три ножевых ранения, задето легкое, отец потерял много крови. Врачи боролись за его жизнь всю ночь, вытащили его с того света. Он лежал в реанимации, свободный доступ к нему был закрыт, но Жанна все-таки смогла повидать его.
Патрик ничего не спрашивал, смотрел на нее и ждал.
— Он без сознания, совсем беспомощный, — сдерживая слезы, проговорила Жанна.
Никогда она еще не видела отца таким беззащитным. Но ведь это временно. Он обязательно придет в себя, поправится, встанет на ноги. Все будет как прежде.
По больничному коридору к ним шел Фадей. В его свите три человека, а у отца перед палатой только один.
— Скажи, чтобы охрану усилил, — подсказал Патрик.
— Жанна!.. — Фадей мягко коснулся рукой ее плеча.
— Отец почти без охраны, — сказала она. — Трех человек, думаю, будет достаточно.
— Да, конечно.
— Ты отвечаешь за него головой! — разошлась Жанна.
Фадей глянул на нее удивленно, даже возмущенно, но быстро сообразил, что она имеет право так говорить.
— Все будет хорошо. Как он там?
— Ты не знаешь, как он там, а говоришь, что все будет хорошо. — В голосе Жанны звучали истерические нотки.
Патрик легонько коснулся ее локотка, призывая к спокойствию. Обычно он не позволял себе сдерживать ее, если она не выходила из себя. Тогда парень мог тряхнуть Жанну, рявкнуть. В спокойной обстановке Патрик во всем слушался эту девчонку, хотя и не позволял помыкать собой. Сейчас он вел себя, в общем-то, сдержанно, но советы и замечания иногда ронял. Разве Жанна могла его за это осуждать? Уж кто-кто, а Патрик знал, как ей вести себя среди волков.
Сейчас Жанна нуждалась в нем как никогда. Более того, она вдруг поняла, почему отец не прочь был выдать ее за Патрика.
— Я знаю, — заявил Фадей. — Звонил, спрашивал.
— Как такое вообще могло произойти?
— У Геннадия Лукьяновича много врагов.
— Это не ответ.
— Жанна, ситуация очень серьезная, тебе нужно домой. Патрик!.. — Фадей выразительно глянул на ее телохранителя.
