– Давай. Владик, вижу, ты стал прекрасно ориентироваться в мире снов. Что пожелаешь, то и получаешь… – Светла, присела на краешек своего кресла и уперлась круглыми коленями в колени уже сидящего художника. – Вернёмся к кладу – его НАДО найти. И, скорее всего, понадобится не один скрытень, а несколько. Погоди, не перебивай! Устройство, конечно, замечательное, но тут оно не поможет. Представь, сколько тебе понадобится времени, чтобы просмотреть хотя бы сто лет только одной стороны единственного дерева! Пусть даже за минуту ты сможешь считывать не двадцать часов, а целую неделю. Ты же быстро считаешь… Прикинул? И даже, если сделать программу, которая будет выдавать тебе при просмотре только нужные моменты, то все равно – это очень долго. Пройдет десять, двадцать, тридцать лет.
– Ты же сама говоришь, что НАДО найти клад. И даже не один, – развел Влад руками.
– Да-да! Чтобы меня найти тебе понадобится много золота, но добывать его будем не таким способом. Просто я тебе скажу, где оно лежит. Без всяких деревьев. Пойдешь и возьмёшь его. Очень аккуратно, чтобы никто не заметил…
– Кто же его для меня положил?!
– Мой папа. Он предвидел, что понадобятся немалые деньги для моего вызволения, и в своё время сделал некоторый запас. А маньяка, который убил девочку, надо обязательно наказать – вот тут аппарат незаменим. Сделай запись и отправь её вашим стражникам, только себя не выдавай.
Влад, не шелохнувшись, внимал прекрасной девушке: «Вызволения? Откуда?! Почему она сказала «стражники», а не полиция?»
Светла услышала его мысленные вопросы:
– Полиция или стражники, – какая разница?! Милый мой, говори вслух. Ну, если желаешь – думай – я всё равно отвечу. Я и в плену, и не в плену. Нет, не у людей. Пока мне никто ничего плохого сделать не может, но поторопиться надо не только потому, что «пока не может», а для нас двоих. Время идёт быстро, и пока я неосязаемая – не смогу продлить тебе молодость. Разве только чуть-чуть… лет на десять-пятнадцать. Ты ведь не хотел бы, найти меня только через полвека? Причем, точно такую же, как видишь сейчас? Да-да, я останусь такой же, а вот ты сильно изменишься. Нам этого не надо – совершенно верно. Поэтому, пожалуйста, слушай меня и доверяй как себе. И даже больше!
– Так и есть, – наконец подал голос Влад.
– Хорошо. Утром, как ты и собирался, поезжай в тот Патриотический сад, потом… ах, да – на работу. Всё время забываю, что тебе это пока необходимо. Хорошо, тогда перенесём поездку за изумрудами до выходных.
– За какими изумрудами?!
– Египетскими и очень красивыми. Нет-нет, в Африку не надо – они здесь недалеко. Сто пятьдесят камней ждут, когда ты их выроешь из земли.
– Во сне?
– Наяву. Запоминай координаты: 59 градусов 45 минут 33 секунды северной широты и 30 градусов 37 минут 18 секунд восточной долготы. Там старое дерево или пенёк, опять дерево – забавно! Вокруг него на расстоянии в три аршина и на глубине в один аршин лежат изумруды…
– Их туда твой отец?..
– Другой умный человек по просьбе папы сто тридцать лет назад. Стоп! Лучше скажи – запомнил циферки?
– Обижаешь! Проснусь – запишу.
– Уж, пожалуйста, запиши, Владик, – улыбнулась Светла. – Только лопату не забудь. Хотя, мы с тобой ещё увидимся до поездки… Ещё одна ночь будет.
– Светла, так, если что – я тебя могу и днём позвать! Мысленно…
– Можешь. Но у меня не всегда получается общаться, когда ты не спишь. Много раз пыталась – говорю, кричу, а ты не слышишь. Не знаю, с чем это связано… Меня всё же волнует, как ты будешь вашим полицаям про убийцу девочки…
– Всё будет хорошо, – Рощин положил ладонь на колено девушки. – Хочешь шампанского?
– Хочу! – засмеялась Светла. – Погоди-погоди! Можно – я сама?
Влад кивнул, и его фея взмахнула неизвестно откуда взявшейся волшебной палочкой. Возник малахитовый столик с золочёными ножками в виде лап льва, а на нём в серебристом ведёрке со льдом уже открытая бутылка «Дон Периньон». Фужеры тоже имелись.
– Где-то я точно такой же стол видел? – задумался Рощин, наполняя бокалы. – А-а-а! В Зимнем дворце.
– И я там же – твоими глазами. А эта палочка со звёздочкой из твоего любимого в детстве фильма.
– Из «Золушки»… Так ты со мной с детства? – немного смутился Влад. – Постоянно?
– С юности. С восемнадцати лет. Но я не в буквальном смысле сижу у тебя в голове. Совсем не сижу. Просто каким-то десятым чувством ощущаю тебя. Настоящего тебя. Твою душу. Поверь мне на слово, когда ты пьешь из горлышка портвейн в подъезде – я этого не вижу. Или еще, когда… меня тоже рядом нет. Да ты сам об этом подумал, поэтому я ответила. Не стесняйся, ты – живой человек.
– Иногда бываю даже чересчур живым…
– Нет, не чересчур. Я тебя такого люблю.
Долгий поцелуй, который на этот раз с большим усилием прервал Влад и тихо сказал:
– Давай просто полетаем вместе…
– Конечно… – ответила Светла.
Там, действительно, росло некое подобие сада, полностью заросшее сорняками и унавоженное мусором. Скорее это место напоминало не сад, а маленькую городскую свалку.
