Лера с трудом улавливала нить разговора. От волнения её начало мутить. Предательство близкого человека оказалось страшнее любой стрельбы и всех Наталианов вместе взятых. На вопрос ответил Виталик, развязно и непривычно растягивающий слова:
— Не проблема, она мне доверяет. Просто закроем в безопасном месте, чтобы под ногами не путалась, а потом кхм… введем в курс дела.
Концовка реплики прозвучала особенно мерзко, а смешки, последовавшие за ней, мгновенно утвердили девушку в мысли о побеге. К кому обратится за помощью, она еще не знала, да и варианты не вызывали надежды: Борис, Максим или Наталиан. Последний казался самым влиятельным, но о «цене» за его поддержку Лера думала с содроганием.
— Дождемся Авиценны, пусть пока останется в приюте, его хотя бы тут знают, — опять встрял «молодой». — В отличие от тебя, Писарь.
— О, Рыцарь в своём репертуаре, — злобно заметил «прокуренный». — Ничего я тут не натворю, а Виценн может пригодиться на деле.
— Если что-то пойдет не так, он уже никому не пригодится. А ты с нами, как договаривались! — Конец спору положил Зек, властно повысив голос.
Девушка запуталась в бандитских погонялах, но пока получалось, что заговорщиков четверо: Виталик — Меченый, а пугающий хрипатый голос принадлежит некому «Писарю», молодой — Рыцарь, и какой-то Авиценна — Виценн.
Последнее имя Лере было знакомо, но где именно она его слышала, вспомнить не удавалось.
— Вот планы, которые передал Виценн, — донесся голос Рыцаря сквозь громкое шуршание листов. — Подробнее есть на флешке. База старая, строилась в советское время, потом была списана, сейчас принадлежит «Аквандо». Но это не главное! Интересно, что вентиляция там самая примитивная, без сложных фильтросистем и защитных клапанов. Доступные ходы, много служебок.
Из кабинета потянуло запахом дешевых папирос. «Ява» или вообще «Беломор», от которого затошнит и курильщика. Девушка, стараясь не дышать, жадно вслушивалась в каждое слово, все хуже понимая происходящее.
— Что нам это даёт, и насколько новые планы? — глухо уточнил Писарь.
— Планы времен СССР, то есть старьё, но новее за такой короткий срок не достать, — с сожалением ответил Зек.
Реакцией на его заявление послужила крепкая затейливая брань, заставившая Леру покраснеть.
— Если обойдется, куплю себе домик за городом и не буду казать оттуда носа, — тяжело вздохнув, произнес Рыцарь. — Скажи, она того стоит? Не хочу второй раз за бабенку сидеть.
— Поверь, Артур, стоит, — с глухим смешком ответил Виталик. — И не бойся, не сядешь. Они на месте без разбирательств пристрелят.
— Спасибо, блин, утешил! — воскликнул Артур.
— На здоровье, рад стараться, — невозмутимо сострил Зек. — Вернемся к делу.
Чувствуя себя сотрудницей навороченной спецслужбы, Лера по-пластунски выбралась из-под кровати и подползла к двери. Что бы ни замышлял Виталик, а на предательство это походило все меньше.
— Виценн воспользовался связями в «Кресте» и узнал, что при малейшей тревоге объект тут же эвакуируют, — принялся объяснять Виталик. — Кто-то из нас пролезет в вентиляцию и распылит токсичный газ, баллон я уже позаимствовал, дальше войдем через парадные двери, достаточно будет белого халата, чтобы не бросаться в глаза. Затем найдем и вытащим девушку. Вопросы есть?
— Только один, — ехидно произнес Писарь. — Кого из нас с минимальным весом в девяносто килограмм ты думаешь запихнуть в вентиляцию?
В кабинете повисла нехорошая пауза. Нервно щелкала зажигалка, и чьи-то неугомонные пальцы стучали по столу.
Лера сама не поняла, когда успела подняться на ноги и толкнуть от себя дверь в комнату.
— Я полезу, но вы вытащите и Олега!
Любимая женщина
Теперь она стояла, дрожа от озноба, неожиданно овладевшего телом. Запоздалое осознание собственной ничтожности и слабости после одного лишь взгляда, брошенного в кабинет, цепко схватило за горло.
Разбросанные на всех горизонтальных поверхностях тонкие желтые листы с планами объекта; Виталик, смолящий свои смрадные сигареты; незнакомый неопрятно одетый парень с усталым, отстраненным взглядом; горбоносый, лысеющий громила, играющий в ножички на директорском столе. Удивленные, недружелюбно сощуренные глаза преступников, магнитом впившиеся в хрупкую девичью фигурку, осмелившуюся так несвоевременно и внезапно ворваться в их планы.
Перед тремя взрослыми, угрожающего вида мужчинами Лера растеряла всю смелость, внезапно вспомнив, что почти не одета и совершенно беззащитна. Девушка загипнотизированным мышонком, окруженным огромными, голодными питонами, сжалась в комочек, силясь натянуть возмутительно короткую борцовку, на покрывшиеся мурашками бедра.
— Вот так сюрприз! Меченый, что еще за пигалица? Я точно уже где-то видел эту шмакодявку, — не изменившись в лице, протянул Писарь, так по-хозяйски оккупировавший стол.
Отложив нож, мужик властно похлопал по столешнице:
— Подька сюда.
Лера инстинктивно попятилась к двери, увеличивая этим дистанцию между собой и жуткими волосатыми лапищами уголовника.
