В своих снах она видела своего бывшего любовника в том же самом порядком изношенном костюме и далеко не новых рубашках, однако ж, чистых и хорошо отглаженных. В памяти неизменно всплывало то время, когда они любили друг друга в Вальпараисо. Молодой человек появлялся с трагическим выражением лица, на котором, казалось, были одни только глаза. От него исходил естественный и запах мыла; девушка, как тогда, брала любимого за руки и возбужденно говорила тому о демократии. Бывало, что лежали рядышком на куче занавесок в комнате со шкафами, бок о бок, однако ж, без прикосновений, полностью одетыми, тогда как снаружи не на шутку все скрипело от сильного морского ветра. И всегда, как только засыпала, она видела Хоакина со светящейся во лбу звездой.
- И что же подобное может означать? – непременно хотелось знать Тао Чьену.
- У нехороших людей нет никакого внутреннего света.
- Это всего лишь сон, Элиза.
- Но далеко не единственный, Тао, было много таких снов…
- Тогда ты ищешь человека-неудачника.
- Пожалуй, но мое время не прошло даром, - возразила она, не вдаваясь в более подробные объяснения.
