- 18+

Утро принесло облегчение. Солнце вставало над океаном, ещё какие-то два часа назад бушевавшим, словно недовольным чем-то, а теперь лишь монотонно долбящим гранит прямо под окнами пансиона. Маленькая Ксю-Соль, большую часть ночи продрожавшая под своим тощим одеялком, наконец уснула, разметав тёмные кудряшки своих волос по подушке, блаженно улыбаясь во сне солнечным лучикам, гладившим её смуглую щёчку.
Утро принесло облегчение. Солнце вставало над океаном, ещё какие-то два часа назад бушевавшим, словно недовольным чем-то, а теперь лишь монотонно долбящим гранит прямо под окнами пансиона. Маленькая Ксю-Соль, большую часть ночи продрожавшая под своим тощим одеялком, наконец уснула, разметав тёмные кудряшки своих волос по подушке, блаженно улыбаясь во сне солнечным лучикам, гладившим её смуглую щёчку. Ха-а-ан услышал её. Ха-а-ан мудрый. Он не позволит своей сестре, коварной Ба-а-уб уничтожить мир и их единственное пристанище в нём - пансион. Потому та и беснуется, что её тут не любят. Но теперь то уже всё в порядке. Ха-а-ан показал, кто сильнее.
-- Поднимаемся. Завтрак стынет. Быстрее, быстрее, - Хрипловатый голос толстой Джии-На разрушил тишину спальни. Обычно после бури дежурила тонкогубая Лан-Сми. Появление другой горничной было неожиданным, но всё же никто из девочек не придал этому особого внимания. Джии-На, значит Джии-На. Правда, худенькая Дэй-Сен клятвенно утверждала, что Джии-На - ни что иное, как второе воплощение Ба-а-уб, но большинство видело в последней всего лишь горничную. Грубую, сварливую, но всё же только горничную, ибо должен же кто-то быть с ними, присматривать за этим неспокойным выводком девочек переходного возраста. Не Джии-На, так другая, ещё неизвестно, что лучше, хотя что-что, а корректной последнюю навряд ли назвал бы кто. Да, что там говорить, вот вы сами попробовали бы оставить свои вещи разбросанными - тогда всё и поняли бы. Джии-На, она ведь разбираться не станет. Зачем ей это? Когда такое случается, она просто как схватит первую попавшуюся девчонку, выдёргивая её из кучки подружек, как перегнёт ту через колено и как отпустит по мягкому месту последней количество шлепков, соизмеримое со степенью вины ...
- А вот меня не разу и не поймала, - обычно отвечала на жалобы Дэй-Сен, гордо задрав чуть курносый носик, черноволосая Дан-То, признанный лидер комнаты - Просто я -ловкая!
Дэй-Сен оставалось только соглашаться и, шмыгая носом, теребить свои русые косички с коричневыми бантами. Что-что, а поспорить с Дан-То по части силы и вёрткости не мог никто. А вот шалила та ничуть не меньше, а порой даже и больше других.
-- Я сколько раз повторять буду, а? Постель кто убирать будет? Ба-а-уб? - ворчала Джии-На, отвешивая оплеухи нерадивым воспитанницам, когда девочки, торопясь на завтрак в трапезную, протискивались по одной мимо неё, почти машинально воздавая положенный поклон чуть поблёскивающей наддверной звезде с шестью лучами, символу Ха-а-ана. Утро начиналось буднично...
Кто же знал, что будет дальше? Разве что Ха-а-ан, и то навряд ли. Никто из девочек и не предполагал, что, когда они вернутся в свою просторную комнату, их будет ждать сюрприз. На дальней койке, что уже месяца три стояла застеленной и ещё вчера пустовала, сидела незнакомка. Незнакомка была одета в нечто светло-зелёное, совсем не похожее на серые цвета пансионских одежд. Она хмуро, слегка прищурившись, смотрела на запыхавшихся девочек, вваливающихся в спальню, и что-то стискивала в ладонях, сложенных на полных коленях.
-- Ваша новенькая. Принимайте. Ну, что застряли? - ворчливый голос горничной разрушил невольно повисшее молчание.
-- Ты кто? - первая подошла к незнакомке Дан-То и встала в шаге от той, сложив руки на груди.
Незнакомка продолжала молчать. Только полноватые руки, выдавая волнение девочки, крепко стискивали небольшую дощечку из светлого дерева, да глаза, таящие страх и отчуждённость.
-- Ты кто? Я тебя спрашиваю, - топнула ножкой Дан-То и слегка одёрнула несколько коротковатое ей платьишко.
-- А, может, она немая? - выглянула из-за спины Дан-То кудрявая головка Ксю-Соль.
-- Не немая. Просто вредная, - парировала Дан-То. Но мне-то она ответит! Слушай, девочка. Вот меня зовут Дан-То. Её - Ксю-Соль. У каждой из нас есть имя. А тебя как зовут?
-- Рю... - вдруг произнесла незнакомка слегка хрипловатым, но достаточно приятного тембра голосом.
-- Рю-что? - топнула ножкой Дан-То во второй раз и, уперев руки в боки застыла в позе маленькой принцессы, - Второе имя у тебя ведь есть? У всех есть второе имя.
-- Просто Рю. И вообще, - девочка поднялась, - Где мой шкафчик? Мне ещё надо вашу форму надеть. И, надеюсь, что вы отвернётесь...
Дружный смех стал ответом на последнее заявление. Нет, шкафчик Рю показали, почти тыкнув ту в него носом, а вот отвернуться никто, само собой разумеется, и не подумал. Наоборот. Как только новенькая принялась переодеваться, все уставились на неё, справедливо полагая, что под страной одеждой та скрывает от них нечто интересное. И их любопытство, к слову молвить, было сполна вознаграждено. Чуть повыше лопатки, прямо под лямкой сорочки, у незнакомки виднелось довольно таки странное родимое пятно в виде треугольника.
-- Знак Ба-а-уб.. - тихо простонала впечатлительная Дэй-Сэн и тут же прикрыла рот ладошками, опасаясь, что коварная богиня услышит упоминание своего имени.