Дочь химеролога полностью

Серый клубящийся туман, мерцающий маленькими разноцветными искорками. Совсем неплотный, но все равно ничего вокруг не видно. Даже непонятно на чем стоишь. Наверно надо испугаться, но… страха нет. Наоборот, ощущение какого-то знакомого спокойствия и уюта. Косматые пряди обтекают, закручиваясь в лохматые нити, тыкаются мягко в ладони, как давно не видевший хозяина щенок. И нарастающее чувство, что на тебя сзади смотрят. С любопытством, легкой настороженностью и какой-то грустью. Что же, наверно стоит обернуться и посмотреть в ответ? Или нет?

…

Какая-то легкая дрожь внезапно прошла по телу, даря четкое осознание происходящего. Сон. Действительно, это сон. Оглядел себя. Увы, облик не изменился. И одежда осталась та же, в которой засыпал. Жаль, ну ладно. Кстати, может действительно посмотреть на тех, кто захотел увидеть меня?

Хм… м-да. Дети. Пусть и старше моего нынешнего возраста, но передо мной стояли дети. Ориентировочно, от тринадцати до пятнадцати лет, или чуть больше, но ненамного. Мальчики и девочки. Может, кто-то и назвал бы их юношами и девушками, но я не смог. Не то ощущение. Скорее, маленькие взрослые. Разная одежда, разный облик и одинаковые, серьезные выражения лиц. И глаза… видевшие слишком многое из того, на что не стоит смотреть даже взрослым. Настороженные, переговаривающиеся шепотом голоса.

Вот вперед выходит, немного выделяющийся на фоне всех остальных своим ростом, парень, откашливается и…:

— Это… ну…

Неожиданно, слегка отталкивая его в сторону, выскакивает низенькая девчонка с двумя косичками и смешно оттопырив губу, передразнивает паренька:

— Э-э-э, ну-у-у… Альд, ты уже какой цикл проживаешь, а так и не научился говорить с девушками!

Поворачиваясь ко мне:

— Извини, надеюсь, он тебя не напугал?

И подскочив почти вплотную, радостно:

— Привет, мы пришли познакомиться!

Но не успела она продолжить, как от стоящего сбоку паренька с длинными черными волосами раздается несколько громких демонстративных хлопков и слова с интонациями ехидства и упрека:

— Чиса, а ты как всегда с места в карьер. Может, все-таки не будешь забывать, что максимум, что она видит сейчас, это тени вокруг себя, а слышит только шепот. В лучшем случае, хорошо если разберет пару слов. И, по-моему, напугала ее как раз ты. Сейчас сон от этого развеется, а мы так и не сможем ничего. Впрочем, в первый раз никогда не получается предупредить и тем более помочь. Ей придется справляться самостоятельно. Если получится.

Раздался легкий гул расстроенных голосов, а девочка, вздрогнув, опускает голову и я вижу на ее лице разочарование и обиду. Причем, похоже, обиделась она явно на свою несдержанность. Странно как-то, но я то их понимал. И несмотря на сказанные пареньком слова, видел и слышал очень четко. И решил ответить:

— Привет, ничего я не испугалась, и прекрасно вас вижу и слышу!

Изумленное молчание, причем и с моей стороны тоже. Так как сам не ожидал такого голоса. Мягкого, с бархатными нотками, и одновременно имеющего дополнительный отзвук, напоминающий эхо. Причем я знал, что это был действительно мой голос, точнее… один из моих голосов. Как странно.

Первым в себя пришел этот черноволосый, с удивлением спросив:

— Ты нас точно видишь? — и получив в ответ кивок, не нашел ничего лучше, чем развернуться к остальным и воскликнуть, с какой-то радостной растерянностью, — она нас видит!

Еще мгновение и я неожиданно оказался окружен каким-то бурлящим круговоротом. Все пытались что-то сказать или даже просто дотронуться. Радостные приветствия, улыбки и похлопывания по плечам.

— Хватит, а ну разошлись!

Резкий голос, пришедший со стороны, заставил детей замереть и затем нехотя расступится. Ко мне подошла девочка. Удивительно, но почти моего нынешнего возраста. Белые волосы, правый глаз, закрытый какой-то черной вставкой и знакомое лицо, правда откуда, понять не смог. Она внимательно меня осмотрела и неожиданно спросила:

— Ты кто?

Откуда-то я знал, что здесь солгать невозможно, да и не собирался. Поэтому ответил честно, как хотел:

— Не знаю, а ты?

Девочка посмотрела мне в глаза, помолчала, к чему-то прислушиваясь, затем усмехнулась и произнесла со странной интонацией:

— Меня зовут, то есть звали Регна. А ты действительно не знаешь… увы, но я тоже не вижу. Единственное, что могу сказать, твое сродство с этим местом гораздо глубже, чем у нас. И притом ты живая!

Раздавшиеся громкие перешептывания со всех сторон она прервала повелительно вскинув руку и после установившейся тишины, продолжила: