<p>Елена Ластовина</p><p>Дочь художника</p><p>Поэзия – всегда истерика…</p>Так бесстрашно заявляет едва ли не самая юная поэтесса данной кассеты. А чего ей бояться – она с каждым годом растет как на дрожжах в поэтическо-духовном и физическом смысле. Ей присуща так необходимая в молодости безоглядность, смешанная с косноязычностью, но всегда отдающая молочной прелестью:
Там, где джинсы мокры от шампанского,Там, где ты не услышишь испанского,Там, где я не увижу француза,Нервно курит субтильная муза.То ль по воле своей став бездомной,То ль забытая старым поэтом,Наслаждается речкой бездоннойРусской речи вприкуску с рассветом…Речь, бездонная, как речка, да еще вприкуску с рассветом – это истинное наслаждение для знатоков и любителей неподдельной поэзии. И коль Елена Ластовина уже достигла пусть не горных, но хотя бы курганных высот, дай ей бог продолжать в том же духе. Лично с ней я связываю определенные надежды на существование хорошей волгоградской поэзии.
Василий МАКЕЕВ, член Союза писателей России<p>«Возьми стихи мои и скомкай…»</p>Возьми стихи мои и скомкай.Ни синеглазой Незнакомкоймне – ни женою декабристане быть в Сибири серебристой.Надев на шею галстук красный,не выходить на путь опасный,не покушаться на царяна перекрестках октября.Мне барышней юной из города Nне прочитать французского романа,не попадать к фашистам в плен,но плакать, словно Ярославна,ведь я и внучкой и сестройбыла, родимый мой герой…Как страшно, что бываю дочкойя лишь в тот миг,когда за строчкойстроку пишу в строфе, письме.Пожаловалась бы зиме,а также декабрю-отцу,но сил нет. Ветер – по лицу,по сердцу – боль, по жизни – гибель,луна унылая на прибыль.<p>«Когда-нибудь уехать в Прагу…»</p>Когда-нибудь уехать в Прагу,где жили Моцарт и Марина,и утро подарить витринам,а ночью взяться за бумагу,наполнить духом плоть строкии вспомнить тех, что далеки,и слушать песни колоколен,и знать, что защищает Големвсех посетителей концертов.А утром вынуть из конвертовлистки, зовущие обратно,и ощутить на скулах пятна.Пройтись по Карлову Мосту,губами к старому креступриложиться к церквушке,а потом с пивом в кружкев каком-нибудь уютном бареподумать вдруг… О самоваре!И утром самым первым рейсомпо воздуху или по рельсамспешить! Вперед! А не назад!Туда, где есть вишневый сад,антоновка и лопухи,туда, где пишутся стихи.<p>«В залатанных джинсах…»</p> 
