Ледяной панцирь скрывает континент Данироль 250 лет – с того дня, когда звездная раса гатуров переместила планету на другую орбиту. Гатуры отправляют на южный полюс экспедицию Бартеро, он находит там погибший при оледенении город. Во время экспедиции Бартеро обучает Танри, девочку из местного племени, рисовать. За это племя приговаривает её к смерти, но Танри спасает ледяной демон. Девочка забывает свою прежнюю жизнь, попадает в приёмную семью. Ей снятся сны о родине. Чтобы найти прежний дом, она поступает в воздушную академию…Лонг-лист "Новой детской книги" 2013 г.
Они увозили её прочь от дома, прочь от тех, кого она знала и любила. Поздно жалеть о чём-то, возврата не будет. Всё решено раз и навсегда. И упряжка звёздных псов давно бежит не по снегу, а вознеслась высоко над белой равниной. Чернеет вдали море, утихшее после сезона штормов. И льдины, отколовшиеся от неповоротливых туш айсбергов, слабо мерцают в свете полной луны.
Тот, кто правит упряжкой, не остановится, сколько его не умоляй, не проси. Высокая фигура, закутанная в песцовую шубу, темнеет впереди, держит в руках поводья звёздных псов. Даже страшно окликнуть его, страшно заглянуть в его лицо. Что там увидишь?
Мелодично звенят бубенцы больших, укрытых шкурами саней, но не убаюкивают, как хотелось бы, а озорно, словно напевая песенку, повторяет: «Тин-тин-ри, тин-тин-ри»… Почти как её имя. Тинри. Тинримина, как звала её бабушка, одну из пяти внучек, самую любимую.
Ещё вчера Тинри жила в длинном доме. Он протянулся от горы Раненного Медведя до Желтого Камня. Древний, говорят, построенный во времена основателя их рода – Оленя, каменный дом состоял из семь раз по десять маленьких, пять раз по десять больших и девяти очень больших комнат.
Вначале семье Тинри полагались три больших комнаты. Но когда отец с тремя братьями ушел в море и не вернулся, а разум жены младшего брата забрали к себе духи моря, комнат осталось две. Когда обзавелись семьями и покинули их три старших сестры, а мать выбрала жизнь в длинном доме Чайки, у семьи Тинри отобрали ещё одну комнату.
Теперь же, когда Тинри уехала, её родных вообще могут поселить в маленькой, или в очень большой общей комнате. Но ничего не изменить. Беззубый шаман на собрании рода бросил гадальные кости из рыбы ахак и заявил, что именно её, Тинри, невзлюбили духи моря, и именно она виновна в том, что шторма не прекращаются так долго, а рыбацкие лодки гибнут одна за другой.
«Тин-тин-ри, тин-тин-ри», – звенят колокольчики, а созвездие Голодного Тюленя смотрит вниз в чёрные, не способные что-либо отражать воды. И холод цепкими щупальцами пробирается под медвежий мех. Тин-тин-ри, тин-тин-ри».
Вспоминается большая полутёмная комната, освященная только пламенем очага, наполненная до отказа людьми. Весь род, за исключением совсем маленьких или немощных, ждёт решения главы. А тот смотрит на лысого беззубого шамана, ещё не старого, но очень страшного. В его пожелтевших от табака пальцах зажат маленький квадратик из тюленей шкуры, на котором написано имя человека, прогневавшего духов. Понуро молчат старейшины рода. Отводят взоры молодые охотники. Женщины глядят в пол. Одна Тинри смотрит на шамана. Ей интересно. Она недавно вступила в женский возраст, и её впервые допустили на собрание. Она ощущает себя взрослой и важной.
Молчит глава. Молчат люди. И только шаман что-то бормочет на кусочек шкуры. Чадит очаг… Внезапно шаман резко разворачивает шкурку, смотрит на неё. Его глаза округляются. Он ещё раз сворачивает её и опять разворачивает. И словно рыбу-кусаку бросает в огонь.
– Она! – поворачивается шаман к Тинри. – Она неугодна духам!
Тинри оглядывается назад, словно прогневавшая духов стоит за её спиной. Но подходит глава, берет девочку за руку и выдёргивает из общей толпы.
– Верно ли ты понял послание духов, шаман? Она ещё ребёнок. Куда ей гневить высшие силы? – спрашивает Санак.
– Да, многомудрый. Духи указали на неё.
Санак задумывается на миг, а потом спрашивает ничего не понимающую Тинри:
– Выбирай, либо мы отдаём тебя в дом Песца, что на Зубастом мысе, либо отведём к людям с далёкой земли, и ты уплываешь на большом корабле.
Он замолкает, оглядывая всех членов своего огромного рода. Те отводят глаза и ждут выбора Тинри. А она не знает, куда ей спрятаться. Над ней возвышается громадная фигура главы рода, рядом возмущённо сопит бабушка, не смея молвить слово в её защиту. По стенам большой комнаты пляшут огненные тени, пахнет дымом и тухлой рыбой.
– Я… – почти не слыша собственного голоса, пытается сказать перепуганная Тинри. – Я поеду…
– Многомудрый Санак, – вдруг перебивает её беззубый шаман. – Духи моря подсказали мне, какое решение устроит именно их.
– Какое же? – поворачивается в его сторону глава рода Оленя.
– Девочку надо отвести к скале Мёртвого Кита в день, когда котел луны наполнится до краёв тюленьем жиром, и оставить там на ночь. Духи сами решат её судьбу.
Все собравшиеся в большой комнате длинного дома шумят, ведь так поступают только в особых случаях, когда кто-то из членов рода теряет разум и становился буйным, или в дом приходит весенний мор и нужно откупиться жертвой. Но Санак поднимает руку, и шум стихает.
– Так будет! Согласен. Когда ночь полной луны?
– Через десять и ещё четыре дня, многомудрый, – услужливо подсказывает беззубый шаман.
– А сейчас, Тинри, дочь Деразы, ты не должна покидать длинного дома.
