– Тогда не стоит волноваться на этот счет. Я должна забрать Эми из школы. Хочешь поехать со мной?
– Нет, – тихо отвечаю я.
Как только женщина уходит, я толкаю входную дверь, и та поддается.
Тюремщица забыла ее запереть!
Снаружи все выглядит серым и бесформенным. Сарай кажется размытым и осевшим. Деревья размахивают костлявыми конечностями.
Сложно доверять тому, что находится прямо перед глазами.
Деревянная подсобка заперта на замо́к, и ни одна комбинация не срабатывает. От досады я начинаю дергать его трясущимися руками, едва не теряя сознания. Воздух, похоже, даже не доходит до легких.
– Дерьмо! – Пнув дверь, я оседаю на землю. Дейзи подбегает и садится рядом, постепенно придвигаясь все ближе и ближе, пока не оказывается почти у меня на коленях. Я обнимаю собаку, позволяя ее теплому мягкому меху смягчить нарастающий страх.
Джинни обычно тратит около тридцати минут на поездку за Эми, и я уже использовала десять из них на замо́к, который не желает поддаваться.
Секция забора, примыкающая к соседскому дому, теперь тоже состоит из металлических прутьев. Подкоп превратился в недостижимую цель. Становится ясно, почему женщина не стала закрывать входную дверь: сбежать отсюда невозможно.
Но я знаю, где нужно искать, чтобы обнаружить следы Джесси.
Комната в конце коридора заперта, как обычно. Так что я достаю из-под матраса нож и вожусь с замко́м до тех пор, пока он не открывается со щелчком. Какой же приятный звук!
За дверью находится обычная спальня с большой кроватью, двумя лампами на тумбочках и комодом. Я ожидала чего-то более грандиозного, поэтому ощущаю разочарование.
Проскальзываю в комнату, которая пахнет по́том, сном и духами женщины. Дейзи остается сидеть на пороге, не решаясь последовать за мной.
Если я что и узнала в течение жизни, так это то, что любой человек хранит по меньшей мере один секрет. Иногда даже от себя самого.
Такие секреты сложнее всего отыскать.
За дверями в кладовку обнаруживается нагромождение одежды. Внизу ровными рядами составлена обувь. Я бегло просматриваю наряды: все бежевых, нежно-голубых или нейтральных оттенков.
У задней стенки стоят пластиковые корзины. Я вытаскиваю одну и вываливаю содержимое на кровать: только старые джинсы, пахнущие плесенью.
Другая корзина доверху заполнена поношенными кроссовками с выцветшими шнурками и грязными подошвами. Зачем вообще нужно хранить такой хлам?
Я тянусь к дальней корзине и с волнением откидываю крышку. Внутри лежат, сдвинутые в одну сторону, маленькие детские платья, рубашки и обувь. Они, вероятно, подошли бы Эми.
С другой стороны видны старые пленочные видеокассеты и круглые серебристые диски. Все они подписаны. «Гавайи 2011», «Рождество 2008», «Выпускной в магистратуре Джинни 2015».
При взгляде на последний заголовок сердце пропускает удар: «Встреча группы по плаванию Джессики».
В голове тут же начинают всплывать вероятные объяснения. Была ли Джессика еще одной похищенной девочкой? Может ли оказаться Джесси сокращением от этого имени? Я недоуменно таращусь на зажатую в ладони кассету.
На самом дне корзины под одеждой обнаруживается золотая рамка. На заключенной в ней фотографии изображена Джинни, которая держит на коленях маленькую девочку, похожую на меня, а другой рукой демонстрирует в объектив ярморочный кубок. На их лицах написано искреннее веселье.
Ощутив, как на глаза наворачиваются слезы, я поспешно запихиваю корзину обратно в кладовку.
Им не удастся обмануть меня.
Затем закрываю за собой дверь, оставив ее незапертой, чтобы дать знать женщине о своем пребывании в ее спальне. Украденная кассета обжигает руку.
– Здравствуй.
Возле лестницы стоит мужчина. Я тут же прячу нож и найденную улику за спину и застываю на месте. Дейзи тем временем трусит по коридору к незнакомцу и разрешает погладить себя.
На ногах чужака красуются ботинки, которые раньше стояли в прихожей. Его васильковые глаза, почти такого же оттенка, как у матушки, кажутся до боли знакомыми. Неужели мы раньше встречались?
В конце концов мужчина неуверенно улыбается.
– Надеюсь, я тебя не напугал. Я Рич, муж Джинни.
Я и забыла, что у нее есть муж.
Забавно, насколько избирательно работает наша память.
Я выдыхаю с облегчением, но не спешу приближаться, наблюдая за нервным поведением собеседника и на всякий случай покрепче перехватывая единственное оружие.
– Я думал, ты поедешь с Джинни. Решил зайти, чтобы починить нагреватель, – наконец произносит он. Затем смотрит на часы и предлагает: – Хочешь мороженое? Я купил ведерко с мятным вкусом и шоколадной крошкой. Вообще-то не следует портить аппетит перед самым ужином, но я никому не скажу, если ты меня не выдашь.
Рич с надеждой смотрит на меня. Я не хочу вызывать подозрения, поэтому соглашаюсь.
– Хорошо. Но я замерзла. Сначала схожу за свитером.
Торопливо вбегаю в свою спальню, прячу кассету между кроватью и стеной в надежде, что пропажу не обнаружат раньше, чем мне удастся ее посмотреть.
Нож я решаю оставить при себе, засунув за пояс штанов.
На кухне Рич уже наложил две полные миски мороженого и теперь протягивает одну из них мне.
