Внутри город оказался приятный, весьма оживленный. С кирпичными нижними этажами и вторыми — третьими этажами, состоящими из деревянных балок и белых стен. Покатые крыши. Затейливые вывески с магически крутящимися элементами. Повсюду ходили люди. Женщины в длинных приталенных платьях с платками на плечах, шляпках, с зонтиками. Мужчины в куртках, сюртуках, свитерах. Мы прошли город насквозь и первым делом договорились о местах на корабле, что послезавтра отплывает на другой берег. Затем взяли комнаты в гостинице прямо на набережной.
Гостиница была простая, но чистая, добротная, с милыми занавесочками на окнах, с цветами на больших деревянных подоконниках, тяжёлыми дубовыми столами застеленными аккуратными скатертями и стульями на первом этаже и такими же основательными номерами. Консьерж прямо располагал, такой полный седовласый мужчина в шапочке на бок, с огромными рыжими усами в белой рубашке и черном переднике. Служанки бегали в чистой одежде: приталенные черные сарафаны с большой пышной юбкой чуть выше щиколотки, белые рукава — фонарики и воротнички выглядывали из-под сарафанов, на ногах теплые полосатые чулки, черные туфельки с маленьким каблуком. Мы заказали две комнаты. Одна для меня и одна для мужчин. Так же мне ванную, а ребята ушли в баню. Через два часа мы собрались чистые, утомленные на ужин за столиком в главном зале у окна. Еду принесли быстро. Мне запеканку, мужчинам горшочки с мясом и бутылку вина на всех.
Я чувствовала себя счастливой и сонной донельзя. Ванна и еда разморили. Так что спать я ушла первая. Мечта о мягком матрасе и свежем белье меня ждали. Я впервые в жизни спала в настолько мягкой постели. И как приятно было просыпаться. Птички поют, никуда бежать не надо. Позволила себе поваляться вволю, потянуться. Судя по солнцу уже время обеда. Ну и ладно. Повернулась на другой бок, довольно прыснула и ещё провалялась. Затем-таки взяла себя в руки и встала. Пришлась по комнате, умылась, надела чистую, приятно пахнущую одежду, что принесла служанка от прачек.
Вдохновленная я подошла к комнате мужчин и постучалась. Никто не ответил. Постучалась ещё раз. Мне открыл заспанный зевающий Ким в мятой рубашке и подштанниках потирая глаз. Впустил внутрь. Колин ещё спал, развалившись на всю кровать. Кроватей в их номере оказалось две, но уже чем моя одна.
— Ребят, уже обед.
— Да, мы знаем. Колин, вставай. — Ким подошёл к Колину и начал трясти того за плечо. Спустя минут пять Колин таки подал признаки жизни.
— Что такое? — полусонно пробормотал, поворачиваясь с живота на спину и закидывая руку на глаза.
— Уже обед, вставай. Пойдем поедим.
— Идите без меня. Я посплю.
— Вставай. Кто охранять твоего воробушка будет? — удивительно, но после этой фразы Колин сразу же подорвался и принялся умываться, одеваться.
— Хм! Встаю!
— Я встал! — уверил он, садясь на кровати и пальцами расчесывая влажные волосы.
Спустя двадцать минут мы-таки спустились вниз и заказали обед. Пока ожидали к нам подлетела какая-то статная светловолосая молодая женщина в ярко-красном платье и такой же небольшой шляпке с вуалью, прикрывающей ее глаза и с радостным криком “Колин!” уселась ему на колени, обнимая и чмокая его в шею.
— Как я по тебе скучала! Где ты был?
— Здравствуй, Роза. — тяжело вздохнул Ким, качая головой.
— И тебе не хворать. — отозвалась она, едва мазнув по нам взглядом и вернула все свое внимание снова воздушнику. Пальчиком провела по щеке Колина и полезла целоваться. Меня заполнила ярость. Какого…? Что происходит?! Вода из кувшина, что принесла нам служанка, медленно поползла вверх.
Тут Колин отмер.
— Роза, какого Темного? Что ты тут устроила? — спихнул он ее со своих колен прямо на пол. Но она ни разу не расстроилась. Подскочила, поправила шляпку.
— Я просто рада тебя видеть. — пропела она, пройдясь рукой по своему выдающемуся стану поправляя платье. К слову, действительно фигура красивая. Особенно в области груди. Да и платье видно, что дорогое, качественное, необыкновенно ей шло, оттеняя белизну кожи.
— А я не рад. Мы все решили и разошлись ещё год назад. С чего ты решила, что я обрадуюсь увидеть тебя и тем более на своих коленях?
— Милый, но ты же не всерьез! — подошла и стала поглаживать, массировать его плечи девица, затем переключилась на волосы, взлохматив их.
— Оставь меня! — отвёл ее руки от себя. Встал и пригладил волосы. Затем его взгляд перешёл на меня и уловив что-то в моем взгляде, радостно улыбнулся и решил нас таки представить своей очень близкой подруге — Познакомься, это моя невеста — Дарина! Кима ты помнишь.
— В смысле, невеста? — ошарашенно подняла на меня глазки — блюдца барышня. Потом обошла нас по кругу вцепившись в меня взглядом. А я сразу почувствовала, что и одежда на мне, повидавшая многое, и даже чуть порванная местами, и что не по местной моде выгляжу и, даже каждый мешочек под глазом ощутила. Но плевать! Он сам меня уговаривал, присматривался, да и представил невестой. Значит могу делать, что хочу. Это придало мне сил. Я задрала голову и ответила в той же манере девице: