— Нет. Во-первых, я взял магическую клятву, что включает это. Во-вторых, слежу за ним с помощью моей силы. — коварно улыбнулся он.
— Продуманный! — толкнула я его. Он упал и меня потянул за собой. Я упала рядом на одеяло.
— Но ты любишь меня и таким?
— Да!
— Ты меня любишь? — удивился Колин.
И тут я поняла, что случайно призналась ему первой и начала паниковать. Ааааа!!! Что я наделала?!
Он все это время наблюдал за мной и, видимо, все прочёл по моему лицу. Я, должно быть, покраснела как помидор. Ужас!! Колин довольно засмеялся, поцеловал меня и сказал, подняв мое лицо, чтобы смотрела ему в глаза:
— Я влюбился в тебя уже давно. Не знаю когда это произошло, может ещё тогда, когда ты вломилась в мою комнату. Но с начала нашего знакомства это чувство только росло и сейчас я не представляю как жить без тебя!
От таких слов у меня аж слезы навернулись. Чтобы не расплакаться я сама его поцеловала. Первый раз. Целоваться я не очень умела, но старалась. В какой-то момент Колин перенял инициативу и поцелуй из лёгкого и трепетного перетек в страстный. Оторвались друг от друга только через несколько минут, довольно поглядывая друг на друга. Затем встала и предложила собрать ещё хвороста. Мы насобирали, но мало, а замёрзнуть не хочется.
Пока я бегала Норман вернулся, разделал тушку какой-то птицы и мужчины подвесили ее над огнем. Так что мой хворост был не лишним.
После ужина за чаем Колин решил приступить к своим вопросам:
— У меня есть ряд вопросов, на которые если ты знаешь ответы, я был бы очень рад, да и мое начальство в первую очередь было бы заинтересовано в данной информациейии в свете нашей ситуации.
— Задавай. Я отвечу, что знаю, если, конечно, знаю.
— Во-первых, есть ли ещё такие, как ты у талийцев, даже с разбавленной кровью. Во-вторых, знаешь ли ты что-нибудь о наших соотечественниках в рабстве там же?
— Про первую часть — насколько я знаю, унаследовали нашу кровь на данный момент только два ребенка: мальчик лет десяти и девочка трёх лет. Их оставили с отцами, чтобы те могли обучать, когда они подрастут. Мальчика уже учат, но крови в нем слишком мало. А девочка ещё непонятно. Первой попытки хоть как-то перекинуться ещё не было, но кровь в ней учуять можно и поболее, чем в мальчике.
Про вторую часть — я видел несколько разводчиков у которых есть мидистские рабы — мужчины. У одного хозяина не более 2–3 мужчин, только у нашего теневого короля их пять. Держат их в основном для разведения. Чтобы произвести магов-мальчиков или девочек для гаремов. Детей от них хватает, но светленьких девочек совсем мало. Темная кровь, видно, сильнее. Да и мальчиков-магов тоже не больше. Не знаю сколько именно таких мужчин, но, думается, не более сорока в общем. Да… наверное не больше. Но я видел их давно. Лет пятнадцать назад. Тогда мой хозяин только узнал о том, что часть пленных сохранили и решил сам с этим разобраться. Сперва хотели от всех избавиться, но после рейда и окончательных данных решили, что это не так и плохо, главное, чтобы ваши не узнали. Приказал отдельным людям отслеживать ситуацию. Мидистцы покоряться не желали. Так что, если не смирились — их сейчас намного меньше. Может в половину. Из свежей информации это только о детях, что я сказал. Не так давно было донесение об этом, и я слышал краем уха. Мужчинами больше не интересовались и мне повода тоже не было.
— Ясно. Я надеялся, что меньше, но, впрочем, логично. — он потормошил костер и что-то, обдумав, спросил — Ты сможешь указать на дома с этими рабами?
— Если они все ещё там — да. Но их могли и перепродать.
— Хорошо. Ещё нужно, чтобы, когда будет разбирательство между странами, ты выступил как свидетель в нарушении договора. Сможешь?
— Выступлю, но при условии, что детей моего народа так же освободят и дадут приют. Позволят жить свободно. Это мое условие. Их всего двое.
— Я договорюсь об этом. Не беспокойся. Если все это правда, то мы будем очень заинтересованы в возрождении вашего племени насколько это возможно. Заставлять вас никто не будет, единственное, что будут настаивать на больших семьях скорее всего.
— Я говорил, что мы не можем так просто размножаться.
— Не думаю, что мое правительство будет этого требовать. Вы сами выберите себе женщин, мужчин. Сами создадите семью, когда будете готовы. Лично я смогу дать вам кусок земли на территории, что осталась моей. За мной осталась часть родовой земли с парой деревень. Вы сможете отстроиться там и жить как захотите.
Норман смотрел на Колина большими, широко распахнутыми глазами, полными благоговения. Все! Колин его купил с потрохами! Как мало нужно этому Норману.
— Я весь ваш! — что и требовалось доказать — За возможность просто жить я сделаю что угодно.
— Что угодно не надо. Надо только прищучить талийцев и забрать свое. Плюс у руководства могут быть ещё условия. Сам понимаешь. Я тебе озвучил самые вероятные варианты.
— Выпьем за это? — предложила я, подняв кружку с чаем.
— Выпьем! — поддержали мужчины.
Мы ещё немного посидели и уже хотели ложиться спать, как Норман задал уже свой вопрос: