— Не «может быть», а точно — прав. Уж поверь старому бойцу. Никогда не расслабляйся перед противником. Действуй жёстко, и будет результат. Знаешь, что в своё время говорил по этому поводу Иван Грозный?
— Что?
— Надо уметь прощать врага… — Булаев выдержал «качаловскую» паузу и победоносно завершил: — Но только после того, как его уничтожишь.
Максим внимательно смотрел на торжествующего напарника и ощущал все более явную тревогу. Что-то ужасно не нравилось ему в начатой Сергеем операции. Вдруг он понял: нельзя было отдавать флакон с вирусом в случайные руки. Мало ли что.
— Мы ошиблись, — сказал Максим, но тут же и передумал продолжать: какой смысл?
— Да успокойся ты, — ответил Сергей. — Всё будет нормально.
А про себя подумал: «Живыми я этих сосунков отсюда не выпущу. Приказ есть приказ, и его надо выполнять. Девчонка умрёт от вируса, а этих двоих мы свяжем и замуруем заживо в пещере, где-нибудь недалеко от города. Пусть умирают медленной смертью. Нечего было брать то, что им не принадлежит!»
И усмехнулся довольный.
Слуга вошёл в большой зал, где ребята ужинали вместе с хозяином дома.
— У ворот какой-то человек спрашивает вашу гостью, — низко поклонившись, доложил он.
— Что за человек? — спросил Джедхор.
— Один богатый торговец. Он говорит, что принёс подарок даме от знатного вельможи.
Саша перевёл диалог слуги и Джедхора друзьям, и девушка удивлённо подняла брови.
— Не понимаю, — прошептала она. — От какого вельможи он принёс подарок? И что это может быть?
— Я думаю, его надо впустить, — сказал Саша. — Вдруг у него есть какие-то сведения о пропавшем приборе.
Хозяин дома распорядился впустить. Ребята и Джедхор прошли в соседнюю комнату, предназначенную для приёма посетителей, и в ожидании таинственного торговца опустились в кресла.
Невысокий худой человек преклонного возраста вошёл в приёмную и смиренно остановился. Низко поклонившись, он пожелал всем присутствующим жизни, здоровья и могущества, затем раскрыл красивую резную шкатулку из ливанского кедра и достал оттуда изящный полупрозрачный флакончик из алебастра.
— Один знатный вельможа, — начал он, — преподносит в дар прекрасной даме эти удивительные по своему аромату духи? в знак любви и преданности.
Аня в смущении посмотрела на ребят.
— Ещё один тайный воздыхатель, — усмехнулся Ваня и отвернулся в сторону, явно раздосадованный услышанным. — Чего они все к тебе липнут?
— Но я же никого не знаю в городе, — пыталась оправдаться Аня.
Ваня только хмыкнул:
— Зато тебя знают.
— Как зовут этого вельможу? — решил уточнить Саша.
— Он пожелал не называть своего имени… пока, — ответил торговец.
— К чему такая таинственность? — недоумевал Саша.
— Я только исполняю его просьбу, — почтительно произнёс Мериб.
— А на словах этот вельможа ничего не передавал даме? — допытывался Саша.
— Он лишь очень просил, чтобы дама непременно подушилась этими духами и сказала, понравился ей аромат или нет, — он протянул девушке флакончик и отошёл, ожидая ответа.
— Я что, должна прямо сейчас душиться? — спросила Аня.
— Ну да, — растерянно ответил Саша. — Таинственный вельможа попросил, чтобы ты сказала, понравился тебе подарок или нет.
Аня повертела флакончик в руках и передала его Саше со словами:
— Да не хочу я душиться. Мне сейчас не до того. И этот загадочный поклонник меня совсем не интересует. Пусть торговец отнесёт ему духи?? обратно. Мне ничего не надо.
— Не знаю, что и делать, — произнёс Саша. — Это, наверно, будет не совсем вежливо — возвратить подношение, — и он посмотрел на Джедхора.
Джедхор улыбнулся:
— Это же признание в любви! Если дама не хочет обидеть воздыхателя, она должна с благодарностью принять подарок.
— Не нужны мне никакие подношения, — упрямо повторила Аня.
Мериб понял, что девушка не собирается принимать дар, и с жаром обратился к ней:
— Прекрасная дама непременно должна принять духи. Если она не сделает этого, вельможа умрёт от горя.
— Что за ерунда — умрёт от горя! — возмутилась Аня. — От этого ещё никто не умирал.
— Прекрасная госпожа, — опять обратился торговец к девушке, — да будут в твоём сердце милость и сострадание! Прошу тебя, дай благородному вельможе дыхание жизни! Ведь помыслы и желания его чисты! В моих словах истина. Не заставляй страдать его сердце! Прими дар!
— Да ладно, Ань, прими, — махнул рукой Саша. — Тебя это ни к чему не обязывает. А этот тип всё равно не отвяжется.
Аня взяла из рук Саши флакон и обратилась к торговцу:
— Поблагодари вельможу за столь щедрый знак внимания.
Мериб молча поклонился, но не ушёл, а остался стоять на месте.
— Чего ему ещё нужно? — тихо спросила Аня Сашу.
— Он же сказал, что вельможа просил оценить аромат, — объяснил Саша. — И ждёт, когда ты подушишься.
Аня вздохнула и открыла флакон. «Наверно, и впрямь не отстанет, пока я не подушусь». — подумалось ей. Поднеся пузырёк к лицу, она понюхала содержимое: запах был цветочный, вполне приятный. Наконец, капнула на палец и подушилась.
— Ну, как? — обратилась она к Саше, подойдя поближе.
Саша наклонился к девушке.
— Ничего так запах, — сдержанно оценил он. — Цветочный.
