— Оно всё едино. Как видишь… У меня были подозрения о её связях — в конце концов, её родители были участниками культа… но за всё время она ни разу не проявила этих вот, гм, сектантских наклонностей. Я надеялся, — судорожно рассуждал Дмитрий, расхаживая из угла в угол, но осёкся и проворчал: — Гадство. Ей просто надо было дойти до меня, вот как это сделала ты… Просто [замечательно] с вейнилкой расстался.
Странник остановился и одёрнул штору. Течение Дунари продолжало усиливаться. Вода продолжает прибывать и становиться гуще, темнее. Ни одна водоочистительная станция не справлялась с нею, и постепенно город отключался от системы водообеспечения.
— Кстати, насчёт вейнилок… — задумчиво подхватила Нина. Залерт опустил на неё рассеянный взгляд. — Я так и не смогла связаться ни с одной из сестёр.
— Скорее всего, Агния всё ещё в инсектарии — её допрашивали после митинга. Думаю, отпустят со дня на день, если не уже. Можешь не волноваться, — затем мрачнее: — А Аврору я сам ищу… и не только я.
В нервном порыве Залерт открыл форточку и закурил. Нина непроизвольно дёрнулась от дыма.
— Тогда что с этим делать? — кивнув на рукопись, спросила она.
— Жить, — на автомате выпалил собеседник, а после, оглянувшись, исправился: — А, ты об этом… Можешь выбросить: это просто макулатура. Которую, впрочем, лучше держать подальше от фанатичных глаз. Прости, я не могу это забрать. Сдай лучше Красмор.
— Я пыталась. Они не приняли.
— Это ещё почему?
— Из-за крови, — неохотно пояснила Нина. — Меня… ударили, во время траура по Линейной, и кровь попала в пакет.
— Вот так случайность. — Залерт кисло ухмыльнулся и выдохнул дым. Нина почувствовала, как запах табака въедается в её волосы. — На твоём месте я бы сейчас уехал из города — переждал бы где, пока всё не успокоится. Если служба тебя миновала, то не стоит привыкать к такой… жизни.
— Я не уеду, — встав, возразила девушка, — пока собственными глазами не увижу, что с Агнией всё в порядке.
Странник равнодушно пожал плечами.
— Дело твоё.
Простившись с Залертом, Нина покинула дом на набережной. Не успела девушка снова испугаться загаженного подъезда, как оказалась снаружи. Несмотря на уверения красморовца, что подлинник не представляет опасности, уничтожить «Кате-Эр» или избавиться от него посыльная не решилась.
Глава четвёртая. Надежды во Мгле
…ибо всякое ученье написано кровью: как из крови умерших производят чернила, так и кровью живущих закрепляют печати, поскольку кровь — единственная валюта, которую принимают мёртвые и охотно платят живые. Ею осуществляются сделки на обеих сторонах, и старая воскресает при добавлении новой,
— автор неизвестен, «Ворто пи Ланг».
Эпизод первый
Балтийская Республика: Родополис
Оутилканис 9-1-9
2-14/995
Воздействие распространялось неконтролируемо и неуловимо. Загрязнённые элегией районы появлялись по всему континенту: пока одни подвергались очистке огнём, другие — закрывались наглухо. Почти незаметно исчезали с карт населённые пункты, и всё чаще измученный народ предлагал повторить для распространяющего субстрат Синекама исход Киноварийска. Однако Красмор выступал против сброса урановой бомбы.
Тем же временем среди приближенных к верхушке балтийского правительства заговорили о повторном запуске ВААРП-генератора с последующим его переводом на перманентный режим работы. Для этого в десятке километров от погостной границы запланировали строительство новой атомной электростанции, способной обеспечить бесперебойное питание сот.
— И ты в это веришь? — хлопнув дверцей «Макады», недоумённо спросила Анастази и фыркнула. — Это как-то несерьёзно. Атомная станция — ещё ладно, но что-то я сомневаюсь, что соты и, тем более, ВААРП-генератор могли уцелеть. Хватит верить всякой желтухе.
— Ну, я не могу сказать, что прямо уж в это верю, — Элиот невозмутимо пожал плечами. Вместе близнецы выгружали из фургона пакеты из продуктового, — но… Увидим.
Балтийская Республика столкнулась с очередным кризисом; едва в стране наладили собственное постреволюционное производство, как в связи с открывшимся очагом Воздействием практически пришла в упадок вся сельская промышленность. До голода было ещё далеко, но проблемы с продовольствием чувствовались при одном только взгляде на витрину продуктового магазина. Сократился выбор, выросли цены — подобные тенденции наметились даже в крупных городах, в то время как в малых корзина стала зависеть от талонов.
С пакетами близнецы направились к дому, в котором Элиот получил квартиру взамен той, что осталась в Линейной. Предоставляемое государством жильё находилось в пёстрых панельных пятиэтажках. Домами этой серии ещё в 70-е годы застроили весь пригород, от которого до центра Родополиса на машине около получаса.
В нескольких метрах от подъезда наблюдалось столпотворение. Перед пустым парковочным местом стояли с десяток жильцов 9-го дома. Проходя мимо, близнецы услышали обрывки разговора:
— Да, представь себе! — воскликнула полная женщина сорока лет в выстиранной куртке. — Кто-то угнал машину. И, главное, даже сигналка не сработала.
