Внутрь этого стерильно чистого цеха с одной стороны поступали металлические отливки напоминавшие обрезки труб или кувшины. По мере обработки на станках каждый из которых был все точнее и изощреннее они превращались в сияющее совершенство как лучшее зеркало. Именно тут и производили основной компонент Проекта. Почти все прочее можно было заказать на других заводах, раскидать по сотням и тысячам фирм и фирмочек -и в Японии и за ее пределами - вписав в заказ любое назначение -и никто бы не заподозрил. Но это можно было сделать лишь самим.
Вот как раз сейчас очередной блок сняли с последнего станка. Его его замысловатая форма походила на стакан без дна с хитро выгнутыми краями. Блок весил около шести килограммов, его поверхность была отполирована до зеркального блеска. Инженер -контролер поднял деталь и вставил в лазерный дефектометр. Все верно - точность обработки поверхности соответствовала заданной программе до двух тысячных микрона, то есть лишь несколько больше длины световой волны. Затем его уложили в футляр из мягкого пластика, а затем - в алюминиевый контейнер, тут же наполненный аргоном из стоящего рядом баллона. И на маленькой тележке отправили на склад, где уложили сперва в футляр из мягкого пластика, в другой контейнер из из прочной керамики и поставили на стальную полку - где до того стояло еще восемнадцать его собратьев. Скоро приедет машина и увезет его туда где произведут окончательную сборку.
Впрочем - бы кто-то посторонний -например те же описанные выше инженеры из "Франкфуртер саттелитише компаниен" - попал внутрь миновав и КПП и внутреннюю охрану он почти наверняка бы ничего не понял. Ибо ещё никто не создал документального фильма о производстве ядерного оружия -а если такие и есть то смотрят их избранные в охраняемых залах государственных учреждений и секретных научных центров.
***
По возвращению домой Хикэри ждал весьма неприятный сюрприз .В зале на ее любимом диванчике нагло развалился на редкость мерзкий тип. Лет пятидесяти, лысоват, но полнотой не страдает. И без того неприятное впечатление сильно усугубляли брезгливые складки возле губ и взгляд, полный уверенности в собственной исключительности.
- Ты где была?
При первых звуках его голоса пришло узнавание. Сознание наполнили смешанные причудливым образом личная неприязнь и чужое почитание старшего. Но конфронтация при первой встрече явно лишняя. Хикэри прогнулась спину в почтительном поклоне.
- Дядя...
- Где ты была? - перебил неприятный гость, не дав закончить традиционного приветствия.
- Простите мне моё поведение - язык девушки сам собой сплел цветистые обороты извинений - Очень сожалею, но я ходила в парк посмотреть на цветущую сакуру.
- Почему ты не взяла с собой телефон? Проследив за взглядом родственника, она обнаружила свой комт сиротливо лежащим на краю стола и вяло помаргивающим последними крохами заряда.
Тут она вспомнила что с недавних пор в во всех этих "мобильниках" стали ставить программы для отслеживания местоположения хозяина - и ее пробил холодный пот. Какой бог или дух помог ей когда она выскочила за дверь навстречу неприятностям, и попросту оставила его на столе?
- Простите, дядя, забыла. Обещаю, что это больше не повторится
- Хорошо, - сменил гнев на милость дядя. - 1 сентября я отвезу тебя в новую школу, где ты будешь регулярно посещать школьного психолога. Чтение завещания твоего отца состоится в конце сентября. Ты обязана присутствовать при этом.
- Да дядя, я благодарна за вашу заботу и приложу все усилия чтобы не опозорить фамилию семьи,- Хикэри вела себя как учили на уроках этикета.
Недовольно дернув бровью, опекун убрался, хлопнув дверью. Как и положено воспитанной японской девушке она проводила гостя до выхода с поклоном. Закрыв за дядей дверь, она вдруг озадачилась очевидным вопросом: А что это вообще было? Где слова соболезнования? Или поинтересоваться хотя бы в духе - мол, как ты, племянница-сан? Нужно ли что? На худой конец: «Держись, время лечит, будь сильной, ?» А в итоге - НИ-ЧЕ-ГО. Не говоря уже о том, что оставлять несовершеннолетнюю девочку в одиночку после гибели родителей...
И почему-то ей казалось, что у только что ушедшего дяди в глазах мелькал вопрос: За каким западным демоном ты еще жива?
