— Вялится в камере, — ровно ответил Таор. Получив в ответ укоризненный взгляд Кирела, Волк приподнял бровь. — Что? Вы не давали указаний. Я вернулся ночью. Решил, что пару часов до рассвета она переживет под замком. Там и надежнее.
Он не собирался церемониться с потомком тех, кто принес в его род бесчисленное количество смертей.
— Н-да, — нахмурился Кирел, на секунду ярко сверкнув голубыми глазами на недогадливого Волка, но тут же почти застенчиво улыбнулся, молниеносно возвращаясь в образ в мягкого старичка. — Нет-нет, никаких претензий с моей стороны, князь. Моя ошибка, что я не обеспечил тебя более подробными инструкциями по возвращению.
Самый могущественный маг королевства Порядка махнул сухой рукой, выписывая в воздухе магический знак.
— Переведу нашу гостью в сад.
ГЛАВА 3. Дитя, я понимаю, ты растеряна
Где-то капала вода.
Кап-кап. Гулко. Монотонно.
Нервно прислушиваясь к звукам, я пыталась успокоиться.
«Катя, соберись. Давай рассуждать логически… Предположим, что ты — просто уснула за столом…»
Сидя в полной темноте, я щипала себя до синяков, но так и не проснулась. Затем я неохотно предположила, что сошла с ума. Затруднившись поставить себе диагноз, я зачем-то повторила таблицу умножения, с трудом вспомнила несколько сомнительных уравнений из физики, перебрала сюжеты из книг, фильмов, сказок, признала себя относительно здоровой и все равно ничего не поняла.
Черноволосый всматривался в мою руку. Что он искал на руке? Почему забрал именно меня? В офисе были и красивее… А я же обычная: стандартная внешность, средний возраст… Таких — тысячи тысяч. Кому я понадобилась в тридцать три? Не красавица, не девственница… Зачем? При чем тут руки? Руки-то растут почти у всех…
Моя одиночная камера оказалась крошечной, буквально кубик два на два. Через несколько часов, которые показались мне бесконечными, в помещение начал проглядывать дневной свет. Оказалось, что окно все-таки имелось — размером с кулак, высоко под потолком. Но даже в таком небольшом отверстии крест-накрест торчали два толстых прута.
Поразмыслив, я предположила, что, скорее всего, ничего хорошего меня не ждет: в моем случае шанс на жертвоприношение гораздо выше вероятности коронации. Рассудив так, я забилась в угол, одновременно молясь сразу всем известным мне богам: новым, старым, сказочным — все равно кому, лишь бы услышали и спасли.
Дверь открылась вскоре после рассвета. Пронзительный железный скрип резанул по ушам, вынуждая сердце рухнуть сразу куда-то в живот.
— Ргац ун! — неласково рявкнул мужской голос.
«Вот и все?»
Резко захотелось еще пожить. Я притиснулась спиной к холодному углу камеры.
— Ргац! — услышала снова.
Выходить я не торопилась, и мужчина зашел в камеру. Рассмотреть его толком в слабом свете я не успела. Заметила только, что одет он… несовременно.
Какая-то странная куртка. Не на молнии, не на кнопках, а на веревочках. Какой-то блестящий значок на груди… И опять ножны.
Лицо не разглядела. Успела только понять, что это не тот первый, который меня вытаскивал из-под стола.
Меня неласково вытянули из угла и развернули.
— Дериг… — приказал Значок, сопровождая слова красноречивым толчком в спину.
— Не понимаю я тебя! — уязвленно огрызнулась я, но вперед пошла.
Значок ответил какой-то своей тарабарщиной, не позволяя ни остановиться, ни рассмотреть его, а только красноречиво пихая вперед. Силе пришлось подчиниться. Заложив за спину руки и повыше вздернув голову, я твердым шагом пошла по узкому темному коридору, на ходу представляя собственную казнь, почему-то через гильотину. Офисные туфли обреченно постукивали по каменному полу.
Из коридора мы поднялись по такой же темной узкой лестнице, прошли через очередную дверь. Меня ослепил свет.
Я ненадолго зажмурилась.
Когда смогла видеть, то открыла рот.
Меня окружали такие высокие стены, что стоило поднять глаза вверх, как голову кружило от высоты. Там, над серыми зубцами величественно синело небо.
Опять толчок в спину.
— Где я? — глупо спросила я вслух, дернувшись вперед и тараща глаза.
— Дери-и-и-г, — почти ласково протянул сзади Значок, направляя меня.
Это замок, выстроенный, наверное, для великанов. Анфилады, а затем залы тянулись передо моими изумленными глазами впечатляющей бесконечной чередой. Ступени под ногами были значительно выше и шире шага. Белые арки, бесконечные статуи, толстые стены, крутые своды потолков, фигурные окна — все слишком высокое, слишком широкое, слишком монументальное и отчетливо древнее. Ощущая себя размером с блоху, я шла, пытаясь соображать логически.
«Может временная аномалия? Надо как-нибудь уточнить, какой год от рождества. Если оно у них было…»
О привычном мире не напоминало ничего. Другой язык, другой запах, другая архитектура, другой сезон… Я зависла, не в силах оторвать взгляд от каменной статуи мужчины, торжественно раскрывшего руки. Лицо мужчины было не классическим, слишком хищным. А руки… Руки у него были с когтями.
