ГЛАВА 39. Про внезапную любовь к кроликам и новые ощущения
— Княгиня.
— Крошка.
Синхронно произнесли оба Дракона, окружая меня. Нет, это невозможно: когда они вдвоём ощущение, что давление увеличивается как минимум в четыре раза. Может от того, что они такие высокие по сравнению со мной.
— Что сказал Совет? — поинтересовался мой король.
Я наморщила лоб, соображая, что сказать.
— Совет поблагодарил меня, сказал, что я отныне неприкосновенна, под их защитой, что мы с Драконами равны…
Мой король спокойно улыбнулся.
— Это значит, что теперь над тобой нет власти короля, Катерина.
«Он знал?» Не хмурится, выглядит уверенным.
— Да? — я помедлила, собираясь с мыслями. — Ещё мне оказали знаки… Знак наивысшего доверия и знак наивысшего почтения, — туманно сообщила. — И отпустили. В общем-то и всё!
Я невинно улыбнулась, надеясь, что этой информации будет достаточно.
Но Драконы, не сдвинувшись с места, переглянулись.
— Что за знак наивысшего почтения? — подозрительно сощурился король.
— Мне такой неизвестен, — подтвердил Аргирос, вопросительно сверля меня взглядом.
«Почему они хотят узнать это от меня? Мне неловко. Как у них распространяются новости? Нельзя ли подождать почту? Голубей? Официальной новости в газете? Телеграмм?»
— Я так понимаю, что этот знак оказан впервые, — замялась, пряча глаза от высоких братьев. — Может вы сами спросите совет, Ваше Величество, лорд? Вот же они за дверью! Мне показалось, что они довольно общительные… мужчины.
— Катерина, быстро говори! — Величество включил приказной тон.
— Без объяснений не отпустим, маленькая княгиня, — подтвердил Аргирос.
«Да, голубей ждать они не собираются…»
— Хорошо-хорошо! — сдалась. — Совет оказал роду Скорпиона честь, разрешив смешивать кровь с родом Дракона. «Питают надежду на соединение родов», — процитировала. — Вот.
В отличие от меня, зависшей на Совете, братья поняли всё мгновенно и, переглянувшись, ошеломленно замолчали. Мой король, явно задумавшись, опустил ресницы.
Затянувшаяся пауза длилась достаточно, чтобы я пожалела, что созналась. «Не вижу восторга на лицах».
— Вот-вот, я тоже удивилась, — поспешно подтвердила, раздражённо рассматривая вытянувшиеся лица. — Но это неважно.
— Неважно?! — синхронно заломили брови Драконы.
— Неважно! — стойко произнесла я, хоть мой голос почему-то прозвучал тоньше прежнего. — Неважно! Потому что я пока не собираюсь ни с кем ничего смешивать! — твёрдо заявила я, упрямо поднимая подбородок под перекрёстный огонь двух пар синих глаз.
— Сильное решение. Позволь пригласить тебя на прогулку, княгиня Катерина, — уверенно спросил Аргирос, протягивая мне открытую ладонь, и не отводя от меня блестящего взгляда. — Мне очень хотелось бы узнать твоё мнение по одному животрепещущему вопросу…
Мой ко… то есть Регненсес нехорошо усмехнулся, выслушав брата.
— Заранее прошу прощения, княгиня. К сожалению, мой брат поторопился со своим предложением и не сможет прогуляться с тобой, — учтиво поклонился он и, подшагнув, спокойно встал передо мной, загораживая от брата.
— Ты на моём пути, Рег, — холодно улыбнулся Аргирос, медленно опуская руку.
— А ты попробуй отодвинь, Арги, — бархатно предложил Рег.
Воздух будто зазвенел.
«Они сейчас набросятся друг друга», — поняла я.
— Если вы планируете драться, я, пожалуй, пойду, — сообщила я, напряжённо отступая от спины Его Величества.
— Мы просто шутим, крошка, — с ласковой улыбкой мгновенно обернулся Регненсес. — Не беспокойся. Действительно, давай пройдемся: здесь разбит прекрасный сад, тебе понравится.
И уверенно положил мою руку себе на локоть.
— Разумеется, маленькая княгиня, мы беседуем по-братски, как всегда, — весело мурлыкнул Аргирос, подхватывая мою вторую руку с другой стороны и заговорщицки наклоняясь к уху. — Летом я видел здесь целое семейство крольчат.
Братья при этом обменялись настолько доброжелательными взглядами, что мне на миг стало страшно за крольчат, за сад, замок, и всех присутствующих.
Хотя… если кролики ещё живы, я в принципе готова на них смотреть. После стольких дней ожидания я согласна любоваться даже на то, как растет трава. А вот поднимать более серьезные темы пока не готова. Точнее сказать, ощущаю безотчетный страх.
…вру.
Я отлично знаю, чего боюсь. Больше всего на свете я боюсь, что мне скажут совсем не то, что я хочу услышать, предложат замечательную сделку, разумное решение. Это слишком вероятно. А тогда… бедное моё сердце…
Может отпроситься в туалет и трусливо сбежать?
Мы втроём неспешно двинулись в сад под очаровательно лёгкую беседу о местных достопримечательностях. Надо признать, свирепые близнецы могут быть приятными собеседниками, если захотят.
— Вы интересуетесь крольчатами, лорд Аргирос? — я недоверчиво глянула на хищное лицо Дракона.
Регненсес звучно хмыкнул.
— Маленькие и мягкие симпатичны мне. Очень интересуюсь, княгиня, — ослепительно улыбнулся Аргирос.
— Особенно в гастрономическом смысле, — уточнил, блеснув зубами, его опытный брат.
«Да, давайте говорить о кроликах. Мне так легче».
