В комнате было удивительно прохладно, видимо, из-за того, что днем сюда почти не заглядывало солнце. Вся в смятении, Рут присела на постель. Взгляд ее упал на набитую перьями подушку, которая еще сегодня днем висела во дворе на веревке. Чувствуя, что льняная белизна расплывается у нее перед глазами, она никак не могла избавиться от одной мысли, не дававшей ей покоя, словно назойливая муха.
И он – американец.
Стивен, радость из-за полученного заказа, тоска по Ванде и чужой запах комнаты – все это не позволило Рут выспаться, она то и дело вскидывалась на постели, и ее снова начинали терзать все те же мысли. Вопросы, на которые она не знала ответов. Чувства, пугавшие ее.
Поэтому она очень обрадовалась, когда наконец рассвело. Приоткрыв дверь, она прислушалась к звукам в коридоре. За дверью было тихо, видимо, кроме нее, никто еще не проснулся.
Умывшись, она встала перед зеркалом, висевшим над миской с водой, и принялась расплетать косы. Как хорошо, что она взяла с собой расческу и гребень! Привычный уход за собой успокаивал, она уверенными движениями брала в руки прядь за прядью, и наконец волосы блестящим водопадом упали до самых бедер. Она заплела неплотную косу и оделась. Покрутилась перед зеркалом и осталась довольна тем, что увидела. Платье, которое она повесила проветриться на открытое окно, снова выглядело опрятным и свежим, да и пахло неплохо.
Когда девушка готова была отправляться в путь, где-то неподалеку зазвонил церковный колокол. «Раз, два, три, четыре, пять», – сосчитала Рут. Неужели еще только пять часов утра? Она напряженно вслушивалась, дожидаясь, когда зазвонят снова, но и в этот раз ударов прозвучало лишь пять.
Рут нахмурилась. Если сейчас она спустится вниз, то наверняка не встретится со Стивеном.
Она села на постель и принялась ждать.
Ровно в семь часов Рут подхватила корзину, взяла сумку и вышла из комнаты.
«Господи, прошу тебя, сделай так, чтобы мы снова увиделись!» – мысленно просила она.
Господь услышал ее молитву и на этот раз: уже в следующее мгновение она заметила его в самом низу лестницы. Сердце едва не выпрыгнуло из ее груди, и Рут испугалась.
Рядом с ним стоял Вулворт, они оба склонились над стопкой бумаг. Стивен был так погружен в созерцание документов, что, казалось, даже не услышал, когда с ним поздоровался владелец отеля.
Рут осторожно присела, развязала шнурок на ботинке, а затем медленно принялась зашнуровывать его заново. Может быть, если немного подождать, Вулворт отправится в столовую и…
В этот миг Стивен поднял взгляд.
Рут поспешно встала и неуверенно улыбнулась ему. Что, если у него не будет времени даже перекинуться с ней парой слов?
Однако тот уже в следующее мгновение взбежал вверх по лестнице.
– Рут! Как хорошо, что вы еще не ушли! Это просто счастливое совпадение, что я вас застал. А я-то уже стал опасаться, что пропустил вас! Портье ничего не мог мне сказать, и за завтраком вас не было… – затараторил он.
– А неужели
– Конечно! Мистер Вулворт –
– Что ж, тогда…
Стивен откашлялся:
– Не знаю, как и сказать… Возможно, вам неудобно… – И он провел рукой по волосам, слегка взъерошив их.
Рут едва удержалась, чтобы не захихикать.
– Да?
– Дело в том, что сегодня утром у мистера Вулворта запланировано несколько встреч, на которых мне присутствовать не обязательно. И он был так любезен, что отпустил меня на полдня. Вот я и подумал, что, если вы согласитесь, я провожу вас домой! Вы ведь задержались в городе из-за меня.
Вместо того чтобы направиться в сторону вокзала, Рут выбрала дорогу, которая вела сначала в Штайнах, а затем в Лаушу. Стивен шел за ней, словно это было нечто само собой разумеющееся, словно и не существовало никакой железной дороги, соединяющей Зоннеберг и Лаушу.
«Четыре часа! Если идти не слишком быстро, возможно, даже четыре с половиной», – ликовала Рут, оставив позади последние дома Зоннеберга. Даже в самых смелых своих мечтах она не осмеливалась и представить, что Стивен будет сопровождать ее! Она с трудом удерживалась, чтобы не ущипнуть себя за руку. Похоже, с тех пор как она ушла из Лауши, счастье бежало за ней по пятам.
Небо в тот день было безоблачным и ясным, без единого облачка, даже белая дымка не висла на горизонте. И на фоне ясного неба растущие слева и справа от дороги хвойные леса на склонах гор казались почти черными. В голосе кукушки, раздававшемся откуда-то из крон деревьев, звучала какая-то тоскливая обреченность.
В воздухе витал аромат дикого тимьяна. Позже, когда станет еще теплее и солнце коснется верхушек деревьев, к нему прибавится еще и аромат шиповника, ошеломляющий и чувственный.
Даже Штайнах шумел в этот день как-то приглушенно, казалось, его воды скорее поглаживали каменное русло, нежели полировали его. Там, где в воздух обычно клочками поднимались освежающие брызги пены, сегодня тихо струился обычный ручей.
День будет жарким, это уж как пить дать.
