–
А вдруг это язычники с севера?! –
Матильда вскочила.
Крики монахинь почти заглушили стук в ворота. Сестра-наставница громко цитировала пророка Иеремию, предрекавшего беду и погибель любому, кто столкнется с северянами. Другая монахиня бранилась на чем свет стоит:
–
Проклятые разбойники! Нечестивое отродье!
Третья кричала, что предчувствовала надвигающуюся беду: ей давно уже снились кошмары, в которых над сушей и над морем бушевало пламя, летали огненные драконы, сверкали на небе кометы, веяли над землей вихри. Дурные предзнаменования, сулившие беду от северян.
И только сестра-келарь сохраняла спокойствие и ясность рассудка:
–
Если это действительно дикари-северяне, нам нужно спрятать все наше добро. Язычники за тем и пришли – за драгоценными камнями, теми самыми, что украшают табернакль, за роскошными переплетами наших книг, за дорогими одеяниями. –
Сестра посмотрела на свое платье, словно его вот-вот сорвут с ее тела. И не важно, что сшито оно было из самой простой ткани и к тому же покрыто пятнами, оставшимися после работы в кухне.
Сестра-наместница покачала головой:
–
Монастырь – это священная обитель. –
Она попыталась успокоить женщин. –
Я слышала, что Господь не допускает осквернения таких мест. Если язычники ступят на эту землю, она разверзнется у них под ногами.
–
Может, и так, –
вмешалась Матильда. –
А я вот слышала, что язычники как-то напали на церковь прямо во время богослужения. Священник как раз начал читать Sursum corda, «Возрадуйтесь сердцем», когда дверь распахнулась. Его закололи заточенной костью, прихожан же порубили мечами.
И вновь в трапезной поднялся страшный крик.
Но уже через мгновение послышался треск, заставивший всех вздрогнуть.
–
Тихо! –
прикрикнула мать настоятельница.
Само собой разумеется, она вновь командовала в этом монастыре.
Само собой разумеется, сестры повиновались ей.
Теперь, когда все умолкли, стук в ворота стал еще громче. Дерево пока не сломалось, но настоятельница не была уверена в том, что так будет и дальше.
–
Тихо! –
повторила она, не позволяя своим подопечным увидеть ее страх. –
Здесь мы в безопасности! Конечно, северяне иногда нападают на франков, но мы не должны забывать о том, что большинство норманнов приняли христианство. Если с севера придут новые разбойники, нас защитят. Граф Вильгельм, сын Роллона, позаботится о нас. И он сам, и его отец обещали покровительствовать монастырям.
Сестры смотрели на нее недоверчиво – но ни одна из них не решилась возразить.
