— А хоть бы и так! — вскинулась младшая Уизли, и белый платок соскользнул с ее руки на пол. — Могла незаметно наколдовать, чтобы выспросить у меня…
— Ты льстишь моей сдержанности и реакции, — перебила Гермиона. — Что выспросить? Я, поверь, знаю больше тебя.
— Ты не можешь быть дочерью Темного Лорда!
— Почему?
— Потому что. У него нет детей.
— Это ты в «Истории Хогвартса» прочитала? — ехидно спросила Гермиона.
— Откуда у него могут быть дети?
— Тебе действительно нужно объяснять, откуда берутся дети? — прищурилась Гермиона. — Моё уважение к авторитету миссис Уизли покачнулось! Неужели она не рассказывала…
— Не может такого быть! — не обращая внимания на сарказм, замотала головой рыжеволосая ведьма. — ТЫ не можешь быть его дочерью!
— О, я тоже так думала, — кивнула Гермиона. — Сначала.
— Но Гермиона, — голос Джинни звучал умоляюще, — этого… Это…
— Это так.
— Я, конечно, замечала, что ты изменилась… Но ТАКОЕ! Это сон.
— Возможно — мой, — пошутила старшая гриффиндорка. — Позвольте представиться: Кадмина Беллатриса Гонт–Блэк, потомок рода великого Салазара Слизерина, — Гермиона картинно поклонилась.
— Ничего себе, — младшая Уизли потерянно опустила взгляд. — Слушай, но ты уверена… Да нет же, это…
— Абсолютно уверена, Джиневра!
— Ой, не называй меня так, — внезапно скривилась Джинни. — У мамы были явно не лучшие дни, когда она давала мне это имя! Пусть бы лучше была Вирджиния.
— Вирджиния — так Вирджиния, — легко согласилась Гермиона. — Всё для тебя. Только Гарри о нас говорить пока не стоит. Сначала школу окончим, осталось ведь немного.
— Да понимаю я… И не должна была такое устраивать, — она опустилась на стул и запустила пальцы в волосы, не сводя глаз с пушистого красного ковра. — Думала, смогу сдержаться, но когда он кинулся мне на шею… Подумала, что плевать, во мне словно нунда[57] прошелся — ничего не осталось. Ну и… — она махнула рукой и подняла взгляд. Страха в нем больше не было, только усталость и горечь. — Это больше не повторится. Обещаю тебе. Не думала я, что всё окончится так…
* * *
— Ну, и что с ней? — нервно спросил Гарри, когда Гермиона наконец возвратилась из девичьих спален. Они с Роном сидели в уголке и явно что-то обсуждали. Теперь оба беспомощно воззрились на вернувшуюся подругу.
— Ничего, — холодно ответила та. — Просто она любила Гарри, а он обращался с ней, будто ее нет.
— Я тоже люблю ее! — возмутился парень. — Так будет лучше… Ты же понимаешь…
— Не понимаю.
— Ты сказала «любила»? — вдруг глухо отметил он.
— Сказала. Сейчас в ней больше ненависти. Ты сам виноват. Дай ей остыть, Гарри. Сейчас лучше вообще не трогай — можешь узнать много нового и… неприятного. Гарри, — повысила голос Гермиона, — посмотри мне в глаза. Пока с Джинни говорить не нужно.
— Да я и не буду! — буркнул он. — Тем более сегодня у нас есть дело.
— Дело?
— Конечно! Забыла? Мы этой ночью возвращаемся в Тайную Комнату.
* * *
Это совершенно не входило в планы Гермионы. Ответа от Темного Лорда всё не было — и она просто боялась спускаться в тайный ход, точнее, боялась найти в нем то, что так жаждал уничтожить Гарри. Но мальчики ничего не хотели слушать, не помогло даже предложение всю ночь сидеть в библиотеке и искать защитные заклинания.
— Этот Хоркрукс охранялся василиском, — стоял на своем Гарри. — Что может быть надежнее?
— Надежнее может быть еще десяток проклятий в придачу!
— Не глупи — зачем? Посуди сама: даже просто Тайная Комната была бы достаточной охраной, а уж с гигантской змеей…
— Может, всё же в выходные?
— Гермиона! Ты трусишь?!
— Опасаюсь.
— Я могу пойти один!
— Не можешь, — отрезала девушка, раздраженно вставая. — Потому что мы пойдем все вместе.
На ужин они не спускались — повторяли в опустевшей гостиной элементарные защитные заклинания. Джинни гордо прошла мимо Гарри и отправилась в Большой зал. Даже ей Гермиона не могла сказать о ночном походе — ведь она не знала о Хоркруксах Темного Лорда, хотя… Она ведь сама рассказала ей то, что было известно Гарри. Но тогда это были лишь предположения, и тогда Гермиона даже подозревать не могла, что выдает тайну одной из будущих сторонниц Темного Лорда. Но если уж выдала… Может, всё же стоило открыться и теперь? Просто не уточнять, что один из Хоркруксов висит на шее собеседницы. Совет, помощь… Но было поздно: времени на такой разговор уже не оставалось, да и от Гарри с Роном не отвязаться.
Когда они переместились из гостиной в пустой класс, она выкроила минуту, чтобы, сославшись на естественную нужду, поймать в коридоре кого-то из студентов — ей попался Джастин Финч–Флетчли — и уточнить, появились ли на ужине Генри или профессор Вэйс. Но оказалось, что обоих преподавателей еще не было.
— А что? — без особого любопытства спросил Джастин.
— Несколько вопросов по заданию на каникулы, — отрапортовала Гермиона придуманную заранее версию.
— Так на занятиях и спросишь, — удивился пуффендуец. — Семестр только завтра начинается. Сегодня и МакГонагалл, и Синистры, и Эррфолк не было — не возвратились еще. Ты, Гермиона — форменная маньячка. Дай людям отдохнуть!
