Сердце проваливается в пропасть. Настроение мгновенно портится, восторг от приятного вечера испаряется. Я знаю, о чём он сейчас спросит. И не понимаю, как ему ответить так, чтобы он оставил меня в покое.
– Мы были вместе почти пять месяцев назад. Точнее, через два дня будет пять месяцев.
Боже… Конечно же я это помню. Как забыть?
– Не знаю, можно ли это считать совпадением… Я знаю, что каждый раз прерывался и дал тебе для верности таблетки. Но всё это не даёт стопроцентной гарантии. И чисто теоретически. Этот ребёнок… может быть моим?
Напрасно я понадеялась, что он уже отпустил эту тему. Как мне теперь быть? Признаться ему? И что будет дальше? Аборт делать поздно – это любой врач скажет. Он ведь мне ничего плохого не сделает?
Мой ребёнок точно не нужен ему… Он предпринял всё, чтобы его не было! Это я сглупила. После прихода родителей напрочь забыла о таблетках, которые пообещала выпить сразу по возвращении домой, не до них мне было. Но о ведь этого не знает!
– Вадим, – стараюсь сохранять спокойствие, – ребёнок не может быть вашим.
Делаю паузу, лихорадочно подбираю слова в какую-то ёмкую фразу, которая позволит мне отвадить его.
– Он не может быть вашим, как минимум потому, что он – внук моего отца, человека, который убил вашу маму… – по мере того, как я произношу слова, Филиппов меняется в лице. – Откуда у вас вообще могли появиться такие мысли?
– Ты уверена? – произносит сквозь стиснутые челюсти.
– Конечно.
Торопливо прощаюсь и убегаю.
Он мне поверил?
Филиппов, к счастью, позволяет мне уйти. Пока быстро шагаю к турникету возле вахтёра, всё время кажется, что Вадим вот-вот окликнет меня, прижмёт к стенке и заставит признаться. И лишь оказавшись на закрытой для посторонних территории, перевожу дух.
Разнервничалась не на шутку. Надеюсь, я достаточно ясно дала ему понять, что делиться своим ребёнком не намерена. Может, это и нечестно. Но делать малыша заложником ситуации, заведомо бросать его между молотом и наковальней, я не хочу. Детей нужно любить безусловно. И пусть у моего не будет отца, я смогу любить его за двоих.
Филиппов сам сказал, что не планирует жениться и заводить потомство. И тем более ему не нужен ребёнок, которого он будет ненавидеть всякий раз, когда ему приснится мама. Думаю, Вадима вполне устроил мой ответ.
Несколько дней после неожиданной встречи нахожусь в растрёпанных чувствах. Вспоминаю каждую минуту нашего разговора. Каждое его слово, каждый взгляд, каждую улыбку. Глупо обманывать себя – он мне очень нравится, даже вопреки здравому смыслу. Он стал для меня спасителем. Смелый, умный, порядочный, красивый… Разве могла я мечтать о лучшем отце для своего малыша?
Может быть, если бы нас не разделяло убийство его матери, он бы мог посмотреть на меня другими глазами. Ведь в порыве страсти он говорил мне такие красивые слова… И я наивно надеялась, что они были искренние.
Вздрагиваю от каждого сигнала телефона. Филиппов теперь знает мой номер и может в любой момент позвонить… Не понимаю, то ли боюсь этого, то ли жду.
Но проходит неделя за неделей, а он не появляется. Эмоции, которые всколыхнула встреча, понемногу успокаиваются. Вадим не звонит, потому что поверил мне, объяснение его полностью устроило.
Это хорошо… Наверное.
Глупо было надеяться, что он обрадуется ребёнку… Я – последняя женщина, с которой он хотел бы иметь что-то общее, дочь его заклятого врага.
Об этом приходится напоминать себе каждый раз, когда начинаю блаженно улыбаться, думая о нём. Что я за дура такая, что вечно влюбляюсь в неподходящих мужчин?
Сообщение от Филиппова приходит в самый неподходящий момент. Я с будущими партнёрами нашей фирмы нахожусь в другом городе. Перед подписанием договора они изъявили желание проинспектировать все филиалы компании и своими глазами взглянуть на наши предприятия.
Телефон на беззвучном. Обнаруживаю сообщение поздно вечером, когда наконец без сил добираюсь до своего номера в отеле.
“Привет, Зоя. Я приехал. Встретимся сегодня вечером? Когда ты освобождаешься?”
Получено пять часов назад…
“Здравствуйте, Вадим. Я в командировке, очень занята была целый день. Вернусь через три дня”.
Подумываю добавить плачущий смайлик, но в итоге решаю придерживаться официального тона.
“Жаль, я надеялся тебя увидеть. Удачной командировки”, – сразу приходит в ответ.
Очень хочу спросить, что он делает в моём городе. Понимаю, что, скорее всего, снова оказался тут по работе или проездом. Но можно помечтать и представить себе, будто он приехал специально ко мне… Он предложил увидеться, чтобы скоротать вечер в чужом городе, или хотел поговорить?
Вместо того чтобы пойти на поводу у любопытства, лишь коротко благодарю. На этом переписка прекращается.
Наивно надеяться, что он будет ждать меня три дня… Для такого занятого человека это – целая вечность. А я привязана к гостям и не могу их оставить.
* * *
