Обе команды уже нехотя пожимали друг другу руки. Алекс вырвался из толпы и пошел к ним. Он весь был измазан в грязи, его белая майка стала совершенно немыслимого цвета.
– Мы выиграли, ма! Три два! Зечу удалось достичь преимущества, так что еще бы пять минут!.. – Он подошел к открытой дверце. – Ма, что с тобой? Ты плачешь? Что, уже ребеночек будет, так быстро?
– Нет, конечно же, нет. – Внезапно Миранда обняла его, с силой прижала к себе, словно боялась не увидеть его снова. – Я так рада, что вы выиграли.
– Ма, да ведь ты же испачкаешься!
Алекс отскочил и побежал догонять Зеча. На его месте возникла Кэти.
– Миранда, там, в клубе, накрыли к чаю, – сообщила она, и лицо ее вытянулось от разочарования. – Вы только-только поспели к концу матча.
– Прости, Кэти.
Миранда вновь была жизнерадостной. Переходы в ее настроении были уж слишком быстры. Она выбралась из машины и взяла Мэг за руку. Вместе они пробирались через грязь. Питер помахал им и вместе с Себастьяном растворился в ярко сияющем клубе. Кэти помчалась вслед за Алексом и Зечем. Их гнал вперед аромат горячего свежезаваренного чая.
– Думаю, что тебе это кажется восхитительным, – иронически заметила Миранда. – Семейная жизнь. Цветы жизни. Ты и представить себе не можешь, каково быть вычеркнутой из всего этого.
Мэг спросила:
– Мы снова возвращаемся к мистеру Стоунхаусу?
– Ко мне, – коротко бросила Миранда.
В дверях она помедлила. Внутри царило столпотворение, все, казалось, смеялись разом. Она оглянулась.
– Он хочет, чтобы я пришла к нему туда сегодня ночью, – с грубой откровенностью заявила она. – Если бы не это, – она дотронулась до своего живота, – я способна была бы отправить тебя вместо себя. И тогда история повторилась бы, правда?
Она ступила в какофонию, царившую в клубе. Мэг в ужасе смотрела ей вслед. Она-то думала, что знает свою сестру, – а тут нечто подобное. Хотелось бы ей знать, можно ли вообще понять ее сестру.
Несмотря на их отсутствие, все другие члены семьи пребывали в полном упоении от футбольного матча. Миранда направилась прямо на кухню клуба, чтобы помочь с чаем, занимаясь тем, что она обычно препоручала Мэг. Время от времени она впархивала, неся тяжелые подносы, смеясь с другими женщинами, чокаясь с Алексом лимонадом. Волосы ее развевались, из глаз сыпались зеленые искры, она была жизнью и душой всей честной компании. Алекс самодовольно улыбался – он был так горд за нее, что казалось, вот-вот лопнет. Мама Зеча была толстенькой чистенькой женщиной лет сорока, и до сих пор он считал ее настоящим символом материнства.
Питер отыскал Мэг за грудой одежды в углу; на коленях у нее посапывал Себастьян.
– Что случилось с Мирандой? – шутливо осведомился он. – Вы что, за чаем злоупотребляли ромом?
Она кинула на него молниеносный взор. Этим днем, в смятении – в ужасе! – она на время забыла, что Питер теперь знает о ее чувствах к нему. Она вспомнила все, что наговорила, и это усилило то ощущение кошмара, в котором она пребывала.
Она не ответила на его вопрос, а вместо того сообщила:
– У Себастьяна температура. Похоже, мне стоит отвезти его домой, и чем раньше, тем лучше.
Питер наклонился и положил руку на лоб сыну. Себастьян пребывал в болезненной полудреме.
– Во время матча он выглядел прекрасно. Они с Кэти вопили, как сумасшедшие…
Появилась Кэти со стаканом лимонада.
– Это для Себа, – произнесла она в обычной своей авторитарной манере. – Весь день он хотел пить, а они, – она кивнула в сторону матерей детей из другой команды, – они не дали ему даже глотка воды.
Питер опустился на колени и поднес стакан ко рту Себастьяна. Малыш открыл глаза и стал жадно пить большими глотками.
– Все кончилось? – спросил он, отрываясь от стакана с пузырьками, прилипшими к верхней губе. – Мы можем уже идти домой?
Кэти сказала:
– Алекс не хочет уходить отсюда раньше других. Может, мама и папа Зеча отвезут его домой. Мне попросить их, Питер?
– Нет.
Питер поднял Себастьяна, сидевшего на коленях у Мэг, и выпрямился, держа его на руках.
– Мы отвезем его домой, а затем вернемся за остальными.
Он посмотрел вниз.
– Кэти, обещаешь, что расскажешь Миранде, что тут произошло, только после того, как мы уедем? Она такая счастливая, и мне не хочется портить ей удовольствие.
Мэг могла бы отговорить его. Она уже было открыла рот, чтобы предложить заменить Миранду здесь и дать ей возможность отправиться домой вместе с мужем и маленьким сыном. Но не стала этого делать. Внезапно она почувствовала, что общество Питера будет для нее гораздо меньшим из двух зол. Внезапно, к своему ужасу, она поняла, что не может находиться рядом с сестрой.
Питер устроился на заднем сиденье машины, укрыв Себастьяна полой плаща.
Мэг осторожно вела машину по Пензансу, затем через Ньюлин направилась в Кихол. Луна уже взошла, и ее полный овал заливал все вокруг бледно-голубым светом. Себастьян высунулся из-под отцовского плаща и уставился на нее; он уже пришел в себя.
– Это не человек. Правда же, нет? – спросил он, когда луна переместилась из бокового окна на заднее.
Питер рассмеялся.