Дочковедение для пап полностью

– Чудеса возможны, – отозвался я.

Хотя, если быть честными, в таких случаях вопрос заключается не столько в чудесах, сколько в том, чтобы наладить свои повседневные действия и противодействия. Это всего лишь физика: действие равно противодействию. Вот и все, о чем вам следует помнить.

Я никогда не покупался на все эти бредни про то, что женщины якобы слабый пол. Если послушать этих сестричек, можно подумать, будто если бы женщины правили миром, он был бы более добрым и приятным местом, где поезда приходят вовремя, нет никаких войн и все чувствуют себя любимыми и довольны собой и друг другом.

Чушь собачья!

Маргарет Тэтчер одиннадцать лет правила довольно значительной частью мира и за это время развязала войну на Фолклендских островах – голом и открытом всем ветрам архипелаге недалеко от побережья Аргентины, а также руководила одним из самых бесчеловечных экспериментов по экономическому и социальному изменению страны в XX веке. Многие в Британии считали Маргарет Тэтчер безжалостной во всем, что она делала, и хотя ее называли самыми разными словами, мне ни разу не доводилось слышать среди них определения «слабая», «добрая» или «мягкая».

Впрочем, она не одна такая. Если, к примеру, ваш самолет захватят террористы, молитесь, чтобы они оказались мужчинами, поскольку если они решат убить заложников, то просто взорвут самолет. Женщины-террористки, как правило, притаскивают с собой целые ящики амуниции, чтобы сделать ваш конец как можно более неприятным.

Причина, по которой я не покупаюсь на все эти шаблонные разговоры про слабый пол, состоит в том, что я действительно считаю женщин равными мужчинам во всем, включая тот факт, что если бы женщины руководили миром так же долго, как мужчины, я думаю, они бы загнали его в точно такую же дыру. Может быть, была бы пара небольших отличий (например, больше женских туалетов в общественных местах, чтобы им не приходилось стоять в очереди), но в общем и целом, мне кажется, мы жили бы точно в таком же мире, с такими же многочисленными проблемами, глобальным климатическим кризисом и прочим шумом и кутерьмой. Я не думаю, что это была бы сплошь поэзия и гармония.

«Но то, что мужчины более склонны к насилию, чем женщины, уж это-то точно правда?»

В некотором роде.

«Что вы имеете в виду?»

То, что я сказал: в некотором роде.

«Объяснитесь, пожалуйста».

Хорошо, но для этого мне нужен новый подзаголовок.

«Как вам угодно».

Не вся наука оказывается для нас удобной; некоторые научные данные вызывают у нас немалое беспокойство. Я могу себе представить, какое мучительное молчание воцарилось, когда Галилей впервые встал и сказал папе, что вообще-то на самом деле это мы вращаемся вокруг Солнца, а не наоборот. Для папы Урбана VII, который хотя и выглядел довольно хипповым чуваком, но на самом деле им не был, это заявление было словно ушат холодной воды на голову. Потом Галилей еще раз повторил это и даже написал в книге, хотя папа и убеждал его отказаться от своих слов, а потом сказал еще раз – римской инквизиции во время папского суда. Неудивительно, что это не принесло ему ничего хорошего. В 1634 году он был обвинен в ереси и посажен под домашний арест. Четыре года спустя Галилей полностью ослеп. У него была бессонница, он мучительно страдал от грыжи, и в 1642 году умер. И кто может его винить?

Разумеется, я надеюсь, что то, что я собираюсь сказать дальше, не закончится для меня так же плохо. Мне совершенно не хочется заканчивать свои дни запертым в собственном доме, слепым, с мучительными болями из-за грыжи и неспособностью заснуть. Однако некоторые вещи необходимо говорить, пусть даже они вызывают у нас некоторое неудобство.