Договор полностью

- Подавишься, - грубо ответил я и дал стрекача.

В другое время манёвр мой потерпел бы фиаско, но перед тем, как крикнуть «стой», я увидел, что на солнце надвигается огромное чёрное пятно. Мы, гномы, живём под землёй и мало знаем о небесных явлениях, но даже я знал о том, что такое солнечное затмение. Пока мы говорили, луна всё больше засло­няла солнечный диск, и, когда я бросился бе­жать, долину накрыла тень.

Уже не помню, как бежал я под вспых­нувшими внезапно надо мной звёздами: мир вокруг смазался, и единственное, что видел я впереди, - отсвет гномьего фонаря над вхо­дом в штольню. Фонари эти горят даже на за­брошенных шахтах, чтобы Народ Ночи пом­нил, где их дом. На моё счастье, до дома было рукой подать.

Звёзды быстро гасли, небо светлело, и вскоре за спиной я услышал топот исполин­ских ног: тролль, ненадолго обездвиженный отсутствием ультрафиолета, отмер и теперь стремительно меня нагонял. Увидев вход под землю, я ещё издалека проорал пароль на языке эза’р и буквально нырнул в едва при­открывшуюся автоматическую дверь. Створ за моей спиной закрыться не успел: тролль, засунув в щель лапы, одним движением вы­рвал дверь из паза. Но шлюз как раз для таких случаев был сделан глубоким, и солнечный свет не проникал в него больше, чем на длину лапы тролля.

- Еда! Вернись! Вернись, хуже будет.

- Размечтался, - ответил я.

Тролль всунул морду внутрь.

- Сделка есть сделка! - прорычал он.

- Какая сделка?

- Я сказал, что расскажу о золоте, прежде чем попробую тебя на вкус. Ты потребовал рассказать и получил ответ. Твоя очередь ис­полнить договор!

Возможно, человеку это и покажется странным, но слова тролля не противоречили истине. Я потребовал исполнить обещание - он его исполнил. Если он меня не съест, будет считаться, что он сказал неправду. Ложь и не­исполнение договора накладывает прокля­тие на солгавшего и обманутого.

- Я исполню договор, - сказал я. - Только отдай лопату.

Морда тролля убралась, и тотчас к моим ногам упала лопата, видавший виды приис­ковый железный заступ, с крепким древком и изрядно сточенным штыком. Инструмент, которым я собирался исполнить договор.

Прежде чем сделать это, я стянул с себя рубаху и разорвал её на ленты. Потом вы­дернул из штанов ремень, перетянул левую ногу ниже колена, а конец его зажал во рту.

Взял лопату и несколько раз плавно поднял и опустил её, прицеливаясь.

- Что ты там делаешь? - тролль вновь су­нул морду в штольню.

Именно в этот момент я рубанул по ступ­не.

Описывать ту боль, что я испытал, бес­смысленно. Вы не хотите - да и не должны - этого испытывать, вот и всё. После удара я тут же упал и заорал, прижимая к себе по­калеченную ногу. Тролль, похабно ухмыляясь, смотрел, как я истекаю кровью.

- Пшёл вон, тварь, - проорал я, изнемогая.

- Договор, - напомнил он.

Я схватил обрубок ступни и швырнул ему в морду. Тролль не стал уворачиваться. Про­сто вся его башка будто вывернулась наи­знанку - так широко распахнулись лепестки его пасти - и он на лету поймал часть моей ноги и с глубоким хлюпом проглотил её.

Меня не вырвало. Напротив, я даже оч­нулся, взял себя в руки и, громко ругаясь на испанском и английском, начал бинтовать рану.

- Чего ты ждёшь? - спросил я тролля, ког­да кровь, наконец, остановилась.

- Договор!

- Я всё исполнил, кретин тупоголовый! Речь шла о том, чтобы попробовать меня на вкус. Ты попробовал. Понравилось?

- Э. - тролль на мгновение закатил глаза, обдумывая мой ответ, а когда до него дошло, что попробовать на вкус вовсе не значит со­жрать полностью, тоже выругался.

- Всё, столовая закрыта, можешь провали­вать, - сказал я.

- Я могу тебя достать, - сказал он.

- Добро пожаловать. Я с удовольствием раскрошу тебя на мелкие кусочки и добавлю в бетонный раствор. Вечером меня хватятся и организуют поиски, а когда найдут ещё и тебя - в лучшем случае посадят в клетку и будут показывать в музее антропологии. Я не тороплюсь: где лежит золото, я теперь знаю, нога у меня новая через год вырастет, так что я в любом случае выиграл.

- Ты невкусный, - ответил тролль оби­женно.

- Выплюнь тогда, - пожал я плечами.

Тролль помотал головой. Снаружи донёс­ся какой-то шорох, и морда его снова ис­чезла. Я же отполз к дальней стенке шлюза, на всякий случай слился с ней и закрыл глаза.

В забытьи, судя по свету от входа, я про­валялся почти три часа. Нога тупо ныла, бинты изрядно намокли. Снаружи слышался громкий храп тролля, к которому примешивался стран­ный стрекочущий звук. Неужели вертолёт?

Искать меня, конечно, будут. Кредит на об­разование руководству компании я буду ещё лет десять, если не женюсь. Терять специали­ста им невыгодно. Но я не думал, что спа­сательная операция начнётся раньше, чем стемнеет. Превозмогая страх и боль, я пополз глянуть, что такое там стрекочет.

Чем ближе я приближался к источнику звука, тем больше понимал, что это не вер­толёт. Стрёкот был неравномерный, нерит­мичный, будто трещотка на реечном домкра­те - то долго крутят, то по одному зубчику, то по два.