На моем лице нет эмоций, он не должен понять, что она важна для меня. Пусть берет Милу, похер. Взгляд на парней, слегка заметное покачивание головой.
– Ты следил за малолеткой, чтобы вызвать меня на этот разговор? Разочаровываешь.
– Знаешь, Хаврин, вспоминай свои косяки, я могу выставить тебе не хилый счет за мое лечение, ведь с твоей подачи я чуть не откинул коньки. – Антон резко поднялся и за два шага сократил между ними дистанцию, Владлен вжался в кресло. – Оставь свои угрозы при себе, развяжешь войну, пожалеешь.
– Антон, выдохни. – Эд нужен как нейтрализатор конфликтов, с этой ролью он всегда справлялся на отлично.
– Я не заставлял тебя употреблять.
– Слушай внимательно повторять не буду. Я не люблю, когда мне угрожают или пытаются подловить, мы замяли вопрос с передозом, ты замнешь вопрос с поджогом и растворишься с поля моего зрения оставив девушку в покое, если твою люди продолжат слежку или предпримут какие-то попытки приблизится к ней и ее родным, я уничтожу все, что у тебя есть. И ты прекрасно знаешь, что мне это под силу. – я не сводил с него взгляд, его попытка поиметь с меня денег провалилась.
– Ты не всемогущий, Сумрак. Рано или поздно найдется человек, который поставит тебя на место и деньги не помогут. – его крысиные глазки перебегали с одного на другого.
– Найдется, а пока будет так, как сказал я. Выбор остается за тобой.
Мне не первый раз угрожают, не впервые ставят условия, но всегда все заканчивается одинаково, отец учил меня никогда не отступать и не показывать сопернику свой страх, учил всегда стоять на своем, бороться до последнего, он учил меня быть выше остальных, заставлять подчиняться своему слову, быть лидером. Я помню его наставления и следую им. Страх присущ каждому человеку, даже если этого не показывают. Владлен выберет верный вариант, его бары – это его дети, он не станет ими рисковать.
– Что?! Ты ебанулся? – Эд за рулем, пока я дремал он поделился с Антоном планом.
– Не ори! – нервы не к черту.
– Сука, Егор, я все понимаю, она реально заслуживает этого, но ты отдаешь отчет своим действиям? Даша не простит, она возненавидит тебя. Ты для этого бегаешь за ней?
– А я бегаю?
– Да. Будешь отрицать? Мы твои друзья, твои братья и ты хочешь нас обмануть? Мы все прекрасно видим и понимаем, ты втрескался в эту мелочь, и мы рады этому, она охуенная. Но этот поступок перечеркнет все!
– Она не узнает. – в руках оказалась сигарета. – Подумай, на ее сестру не действует ничего. Думаешь она вернется домой? Она снова сбежит, найдет себе новую компанию и влезет в неприятности, а заешь, что при этом сделает Даша? Правильно, она пойдет снова ее вытаскивать!
– Окей, тогда давайте сразу договоримся. – Эд тяжело вздохнул. – Если она узнает, то ты не при делах, это наша с Тохой инициатива и наше личное желание.
– Я согласен! Не нужно, что бы она ненавидела и разочаровывалась в тебе.
Друзья, невозможно сомневаться в их искренности и преданности. Будут стоять горой, как и я за них.
Не могу оторвать от нее взгляд, на ее лице нет косметики, но она и не нужна, Даша прекрасна без любых дополнений. Нежная, хрупкая, искренняя. Я готов любоваться ей вечность. И похоже не только я. Сука, Егор, ты влип, ты уже ревнуешь ее! Этот мужик без стеснения рассматривает ее, опускает свой похотливый взгляд все ниже и ниже, я прекрасно знаю, о чем он думает. Готов в любую секунду сорваться и устроить драку прямо здесь, но держусь, из-за нее. Внимательно слежу за мимикой, она улыбается, но я не вижу искренности, лишь боязнь обидеть своего собеседника. Кто он? Я должен узнать, щелчок камеры и его фото летит к людям отца. Прикосновение к ее руке, я в ярости, закрываю глаза и считаю до десяти. Нельзя сорваться, просто подумай о последствиях…
Я смотрела на него и пыталась принять правильное решение, мысли снова разделились на два табора. Он не врет, не шутит, его тон был серьезен, у меня нет причин не доверять ему. Черт, отец… я не могу понять этого поступка. Почему он не сказал мне? Почему провернул все за моей спиной? Я его знаю, он ничего не будет делать просто так, что же ты задумал?
– Как ты узнал? Следишь? – я заметила нервное подёргивание его пальцев, сейчас я чувствовала себя не лучшим образом, я снова была резка с ним.
– Я привык держать все под контролем. – еще одна сигарета.
– Что именно может случится? – я заламывала руки проводя внутреннюю борьбу.
– Люди, у которых я ее забрал, не довольны этим, хотят получить компенсацию, им не понравилось, что их… – он запнулся.
– Шлюху! – нужно называть все своими именами, моя сестра стала именно такой.
– Да, что ее забрали. Пока она была в центре они не могли до нее добраться, сейчас ничего не мешает.
Вот и вся ее хваленная свободная жизнь, она продала себя и свое тело, не подумав к чему это может привести дальше. Я всегда считала ее ребенком, но пора открыть глаза и признать, что Милана давно уже выросла, ей семнадцать, пусть она не совершеннолетняя, но она прекрасно умеет мыслить и принимать взвешенные решения.
