Я уже не отползаю, а наоборот оплетаю его гибкой лианой. Целую. Занимаюсь пуговицей и молнией ширинки.
Оттянув резинку боксеров, нетерпеливо сжимаю толстый ствол.
Вожу по нему, прикусывая мужской подбородок. Потом целую. Колючий. Солоно-сладкий.
Дрожу сильнее, когда слышу знакомый уже звук шуршащей фольги.
Андрей убирает мою руку и раскатывает презерватив по члену, сам отодвигает в сторону мое белье и водит головкой от входа по половым губам. Давит на клитор. От ярких ощущений у меня расширяются глаза. Он следит за этим. Улыбается.
Снова скользит по моей гостеприимно-щедрой смазке и давит сильнее. Я прогибаюсь. Подставляюсь. Хочу… Трахаться.
А он сжимает за талию и перекатывает нас. Оказывается на спине, а я – сверху.
– Устал с дороги, – ёрничает, широко улыбаясь. А я не знаю – больше хочу покусать его или зацеловать. Горячего, пышущего жизнью и такого вредного!
Оседлав мужские бедра, завожу руки за спину и расстегиваю лифчик. Отбрасываю его в сторону и на моей груди тут же устраиваются ладони. Андрей сжимает их, мнет и ласкает. А я покачиваюсь, обеспечивая трение самых чувствительных точек о мужской член.
Взгляд Темирова темнеет. Я тоже теряю контроль.
Привстаю, сжимаю ствол и направляю в себя.
Во мне влажно ещё с поездки в машине, но от ощущения предельного распирания никуда не деться. Я опускаюсь миллиметр за миллиметром и замираю, когда кажется, что достигла предела. Упираюсь ладонями в подушку и подаюсь губами ближе к губам Андрея.
Он корректирует позу и мое положение: проезжается по позвоночнику, прогибая немного иначе, оставляет грудь и сжимает мои бедра, задавая темп и глубину погружений.
Мои приоткрытые губы то и дело задевают его, пока он не ловит и не возобновляет поцелуй.
Я привыкаю. Он подначивает ускориться.
Сама снимаю мужскую ладонь с бедра и кладу на лобок. Он снова понимает без слов. Ласкает снаружи, я двигаюсь быстрее. Мне так хорошо, что хочется плакать. И корчить из себя настоящую тигрицу в постели.
Я делаю волнообразные движения бедрами. Оторвавшись от мужских губ, веду кончиком языка по кадыку. Трусь сосками о его грудь. Сама сжимаю свою, потому что рук у господина депутата, к сожалению, всего две, и они заняты. Мнут мои ягодицу. Стимулируют клитор.
Рот ловит мои губы. Мы и целуемся и любовью занимаемся отчаянно и откровенно.
Я чувствую себя гипер-опытной и сексуальной. Наслаждаюсь удовольствием момента на все сто. Андрей какое-то время позволяет мне реализоваться в роли начинающей любовницы, а потом оказывается сверху.
Я – под ним. Он заводи мои ноги выше. А глаза остаются в глаза. Его – горят синим пламенем. Мои – под этим пламенем плавятся. И толчки члена совсем другие – мощные и быстрые. Выбивающие из меня сначала выдохи, потом стоны. Дальше – вскрики.
Я кончаю под пристальным мужским взглядом, теряясь в пространстве и времени. Под пальцами, которыми я скребу по смуглой коже до будущих ярких борозд, быстро-быстро бьется сердце.
Несколько болезненно-отчаянных толчков и Андрей каменеет на мне. У него дрожат веки и ресницы. Он еще там – на пике, а я уже улыбаюсь, что взошел он со мной.
Глажу напряженные скулы и недавно стриженные волосы. Ненавязчиво давлю ближе к себе, он поддается. Трогаю губами губы. Снова не верю, что всё это происходит со мной и с ним в реальности, а не во сне.
– С приездом, – шепчу тихо, становясь причиной усмешки.
Андрей понемногу отходит.
Чтобы не давить своим весом, снова перекатывается. Я же без особого стыда расслабляюсь на нем, вжимаюсь грудью в грудь, устраиваю голову под мужским подбородком. Прикрываю глаза и мурчать хочется, когда чувствую, как по спине пробегаются костяшки пальцев.
Мы вспотели и липкие. Член еще во мне, но совсем не больно и не хочется попросить достать.
– Я позавчера приехал.
Признание Андрея заставляет проснуться.
Давлю на грудь ладонями и поднимаюсь.
Мое удивление встречается с абсолютным спокойствием.
– Дела остались. Решил проверить.
Молчу.
Знаю, что да. Просто так в Кали Нихта он не приехал бы. Ему у нас не понравилось.
Пусть я – не его проблема и не его ответственность, он такой человек, что всё равно волновался.
Но руки-ноги целы. Голова на месте. План идет по плану.
– Купался в море? — Спрашиваю о неважном. Андрей же смотрит на меня так, что хочется затаить дыхание, и медленно ведет головой из стороны из сторону.
Не спрашиваю, чем именно занимался эти два дня, и удачно ли.
Любуюсь мужественными чертами и разгорающимся озорством во взгляде.
– Как там Петр? Всё еще влюблена? – Улыбаюсь и не отвечаю. Двигаюсь только, ощущая, что член внутри дергается.
Я правда скучала.
– А как там жена? Всё еще не бывшая?
Плачу такой же язвительной монетой. Только меня Андрей за язвительность наказывает: звонко бьет по заднице. Я пытаюсь подскочить, не дает. Сжимает талию и резко насаживает назад. Так получается, что еще глубже вгоняет член. Я охаю и дрожу.
