— Мама, а мне Героя присвоили…
Гляжу, мать на ногах еле держится, так поразила ее эта новость. Я схватил ее на руки, положил на кровать.
Она пришла в себя. И, первое, что сказала сквозь слезы: «Значит, наша фамилия снова зазвучала?…»
Ей было это важно: громко, на всю страну зазвучала фамилия ее мужа. Сколько лет она носила в себе эту надежду! И… свершилось!
«Сейчас же люди придут!» — засуетилась мама.И точно, не успел я побриться, пришли друзья-товарищи.Не всем хватило места, стояли у крыльца. Даже мой друг Шупа сумел пробиться ко мне только на второй день. Смешно, но пришлось установить очередь на посещение.И так каждый вечер — до двух, трех часов ночи. Приходилось выдерживать и еще на работу ходить. Все радовались за меня, это был наш общий праздник.А через несколько дней меня вызвал управляющий трестом. Тут же сидел секретарь райкома партии.— Значит, такое дело… В ночь выезжаем в Мурманск. Будут вручать Звезду… У тебя костюм есть?
— Нет,— говорю, |
