Жить четко и по плану было жизненным кредо Эвери. Когда она не думала, что дела могут пойти хуже прежнего, все случилось. Когда ее машина заглохла на запруженном перекрестке, и она вышла, чтобы проверить под капотом в чем дело, какой-то парень тут же крадет ее машину. Одетая лишь в платье и кеды, Эвери бежит за вором. Когда классный горячий незнакомец предлагает свою помощь, она не может сказать "нeт". Вот так Эвери знакомится с Шоном Ферро, просто невероятно сексуальным, испорченным мужчиной с кучей секретов, которые она не в силах сразу понять. У Эвери нет времени ни на что лишнее. Ее жизнь разваливается на куски, и это не только из-за какой-то машины. Это вся ее жизнь, и не важно как сильно она пытается держаться, у нее больше никого и ничего не осталось. С внезапной смертью ее родителей, это всего лишь вопрос нескольких месяцев, когда ее учеба в колледже прекратится, и ей придется жить на улице в картонной коробке. У других студентов есть семья, на которую они могут положиться, когда дела идут плохо. У Эвери не осталось никого. Но есть одно решение, одно невозможно сексуальное, лишенное морали, решение. Эвери принимает работу девушки по вызову, один мужчина может спасти ее от этого. Один клиент. Один раз. Она лишь должна сказать "дa".
Ужасно холодный ночной воздух. И это только добавляет кошмара к тому, что я застряла в своей машине-доходяге в этом маленьком черном платье. Я пытаюсь завести мотор, пока стою на красном. Моя небольшая, потрепанная жизнью машина и так передает привет из 80-х, так еще и глохнет, будто бы я не пытаюсь всеми силами реанимировать двигатель, в то время как держу ногу на тормозе. Я веду обеими ногами машину, которая, предполагалось, должна работать на автоматической коробке. Обогреватель тоже не радует. Если я пытаюсь его включить, я получаю в лицо огромную кучу белого дыма. Это, блин, «круто», в самом уничижительном смысле этого слова. На худой конец машина хотя бы моя. Она помогает мне добраться туда, куда мне нужно, в большинстве своем.
Светофор поменял цвет на зеленый, и… я все испортила. Я как следует не газанула, машина затряслась и снова заглохла. Недовольно ворча, я схватила жестянку со специальным раствором. Машины сзади меня начали громко сигналить.
Я их игнорировала. Они могут объехать меня. Я схватила банку с сиденья рядом со мной, толчком открыла дверь и подошла к капоту. Я потрясла ее и распылила содержимое во впускное отверстие двигателя. Машина заведется, как только я поверну ключ, и тогда я смогу убраться от этого стыда посреди дороги подальше.
Ночной воздух, бодрящий и морозный, наполненный выхлопными газами. Эта дорога всегда загружена. И не важно, в какое время дня и ночи ты по ней едешь. Озлобленные водители кругом объезжают меня. Каждый куда-то спешит. И это нормально, часть менталитета обычного жителя Нью-Йорка. Я услышала свист в свой адрес, когда машина, полная парней, пронеслась мимо меня. Я показала им средний палец, и услышала их отдаленный смех, когда их машина скрылась из виду.
Сегодняшний вечер не может стать еще хуже. Я закрутила колпачок на банке с раствором. И тогда это произошло. Моя ночь перекрутилась на 180 градусов и стала полным отстоем.
Закрыв капот так, что он сильно хлопнул, я посмотрела через лобовое стекло.
— Эй!.. Серьезно?? — спросила я парня, который прыгнул на мое водительское место.
Он был одет в когда-то явно голубое пуховое пальто, и у него была недельная щетина. Он повернул ключ, и моя колымага ожила. Он газанул и тронулся, объезжая меня. Я стояла на дороге и просто смотрела на него. Что за идиот. Ну, кто может додуматься украсть эту еле ползающую кучу металлолома?
И все же, это моя чертова машина, и она нужна мне. После ночи, что я пережила, я не хочу догонять его, но я должна. Мне нужна эта машина. Я сорвалась с места на полной скорости. Мои легкие начали гореть огнем, когда я вдохнула смесь морозного воздуха с выхлопами. Я бегу вниз по обочине, стараясь оббегать мусор, что валяется рядом в стоках. Мое внимание четко сконцентрировано на моей машине. Я стараюсь бежать еще быстрее, мое тело протестует, но я не могу сейчас остановиться. Он все дальше уходит от меня.
Я, наверно, пробежала уже целый квартал, когда какой-то парень на мотоцикле притормозил около меня.
— Этот парень украл твою машину, — его голос звучал шокировано.
Я не могла видеть его лицо из-за надетого на нем черного шлема. На шлеме был затемненный щиток, что скрывал его.
— Да неужели, Шерлок! — я фыркнула и продолжила бежать.
Моя сумочка в машине, моя единственная пара пригодных для носки туфель, мои книги – оуууу, чееерт – мои книги. Я заплатила за эти книги шутку баксов. Они мне важнее, чем эта машина. Я побежала быстрее. Мое платье колыхалось волнами около моих бедер, в то время как кеды давали мне возможность лучше бежать. Мое тело больше не хочет это выносить. Боль в моем боку стала такой невыносимой, что кажется, все тело скоро развалится на куски.
Парень на байке начинает раздражать. Он подъехал ко мне и поднял защитный щиток шлема. Я посмотрела на него, гадая, что он делает. Байкер глянул на меня, как на сумасшедшую.
— Ты что, пытаешься поймать его?
— Да, — кивая в сторону угонщика, я фыркнула.
До съезда с магистрали еще три светофора по этой дороге, и тогда уже выезд на оживленную улицу. Если он попадет на красный, машина заглохнет, и я смогу до нее добраться. Мои легкие горели, и было не самое лучшее время, чтобы все это объяснять незнакомцу. Машина уже проехала на первый светофор.
— Если он остановиться, машина заглохнет.
— Тебе нужна помощь? — он посмотрел на машину, затем на меня.
Я остановилась и чуть не навернулась. Твою ж мать, я уже на исходе. Я кивнула, и закинула ногу сзади на его байк. Машины освещали нас и проносились мимо. Мне уже было все равно. Обхватив руками его за талию, я, крепко держа его, сказала:
— Поехали.
— Вообще-то я собирался вызвать копов для тебя, но это тоже может сработать.