Зайкин засуетился. Старался наготовить как можно больше тостов. И кофеварку еще раз загрузил кофе, чтобы гостям было что пить. Игнатьева с Гогой переглянулись и тоже решили собираться. Они ушли раньше, тепло попрощавшись со всеми. А Карина заказала такси. Телефон уведомлял о множестве пропущенных вызовов от сестры и от матери. Полина вчера звонила настойчиво, а сегодня уже не отвечала. Только после пятого звонка прислала короткое сообщение: «Я дома». Стало ясно, что вчера все пошло не по плану.
К тостам она так и не притронулась. Энергии кофе должно было хватить.
– Мария, спасибо, что пришли, – говорил Зайкин солидной женщине в деловом костюме, вошедшей в зал с первого этажа. – Позаботьтесь о гостях, пожалуйста.
Он оглядел толпу за столом. Мария кивнула.
– И еще, вчера на вечеринку проник гость из черного списка. Хотелось бы понять, как такое могло случиться. Она сообщила, что подкупила охранника.
Женщина тяжко вздохнула, будто эта проблема ее уже не в первый раз касалась.
– Поняла. Разберусь.
– Спасибо. В понедельник жду звонка.
– Принято.
Зайкин улыбнулся безэмоционально, сугубо из вежливости, и обернулся к гостям.
– Ребят, оставляю вас на Марию. Все вопросы к ней. А я поехал.
Те стали желать ему хорошего пути, благодарить за вечеринку, прощаться. Все наперебой. Карина вышла в зал. Гаечка тут же подхватила парня под локоть и тащила на выход, не давая до конца попрощаться.
Парень обернулся и замахал рукой.
– Пока, Кариш.
Она смотрела молча, боясь выдать собственную тоску. Зайкин, не задерживаясь, повернулся к спутнице с улыбкой:
– Можно, я буду называть тебя «Солнышко»?
Та кокетливо захихикала.
– Конечно, а почему так сразу?
– Потому что ты сильно бодрая для воскресного утра после вечеринки. Иии, – на секунду он замялся и схватился за подбородок, – я не помню твоего имени.
– Ах, вот оно что, – засмеялась девушка. – Катя меня зовут.
– «Солнышко» тебе идет больше.
Они скрылись за стеклянной дверью. Карина не стала провожать их взглядом, уткнулась в приложение такси. То обещало приехать через восемь минут.
Не желая оставаться одиночкой в веселой компании, она вышла во двор. Свежий полдень бросился через поры под кожу, приятно охлаждая и очищая. Разум прояснялся. То ли кофеин подействовал, то ли солнце. Девушка стала гулять по дорожке вокруг ухоженного газона, рассматривая садовые фигуры, мини-фонтаны и отцветшие кустарники. Прислушивалась к монотонным потокам воды. Успокаивалась. И не сразу разобрала в мелких всплесках слабые всхлипывания. Рядом кто-то плакал.
Она оглядела двор и быстро нашла единственное место, где можно было спрятаться, – маленькую беседку на отшибе с конусообразной крышей, как у башни. И окошки в ней были арочными с витражными вставками, а вход закрывался узорными воротами на чугунных петлях. Маленькая принцесса в душе Карины завидовала – ей в детстве тоже хотелось бы иметь такой мини-замок.
Девушка решительно пошла на плач и заглянула под арку. В тени на скамье, положив голову на колени, сидела Надя и рыдала в собственный шарф. На плечах дрожала кожаная куртка. Волосы облепили лицо и спину. Услышав шаги, она замерла, но не поднимала взгляд.
– Че разревелась? – грубо спросила Карина.
Ей не хотелось проявлять жалость, тем более к Вербицкой.
– Не твое дело.
Та утерлась шарфом и выпрямилась, отвернув лицо к стене, но Карина видела заплаканные глаза, красные от натирания щеки, поджатый подбородок.
– Из-за бородача этого с косичками?
– Ты знаешь? – большие мокрые глаза залились страхом. – Он что, всем уже рассказал?!
Она вскочила, но тут же рухнула обратно, сморщившись от боли. Карина оперлась плечом о косяк – загородила собой проход.
– Не бойся. Тебе повезло. Он первым подошел к Зайкину, тот заставил его замолчать. А я просто при этом присутствовала.
Надя выдохнула, зажмурившись, и снова всхлипнула. Широкая ладонь накрыла пол-лица. Пару минут никто ничего не говорил. Карина просто смотрела, как бывшая подруга плачет. Мерзкое злорадство оскверняло душу, но она не могла не смотреть, хотелось насладиться ее слезами. Она ведь из-за нее литры своих пролила. Даже, если это было несправедливо, маленькая часть сердца все равно торжествовала.
– Почему ты меня не сдала тогда? – спросила Надя, успокоившись.
– Не было смысла, – Карина пожала плечами. – С Луковским я все равно переспала. Трунов тебе уже поверил. Ничего бы не изменилось.
– Могла бы отомстить.
– Действительно, – усмехнулась она. – Дурочка.
– Все еще можешь, – выдавила Надя, будто сдавалась после пыток.
Карина посмотрела ей в лицо, которое та отворачивала. Волосы, как лианы, растеклись по щекам и лбу, прилипли к мокрой коже. Уголки глаз блестели остатками слез.
– Я по-другому отомстила. Переспала с Жераром. Он же тебе понравился, – последнее предложение Карина озвучила полувопросительным тоном.
Надя коротко посмеялась.
– Если так, то ты мне давно отомстила.
Карина прищурилась.
– С Зайкой.
Карие глаза раскрылись в недоумении. Брови сдвинулись. Сердце забилось быстрее.
