Во втором тайме Серебровский выпустил меня с первых же минут. Заменил я Павла Воронежского. На трибунах загудели "палочка-выручалочка". Однако соперник знал про штрафные удары в моём исполнении, и нарушений правил на его половине поля не было. Попытки сделать передачу на партнёра пресекались дружным движением вперёд. Раз за разом нападающие оказывались в положении "вне игры". Стрелки часов неумолимо сжирали игровое время. И тогда мне пришла в голову мысль забить с игры. Я сообщил об этом Соколову и попросил его отвлечь на себя внимание игроков и сделать для меня пробоину в оборонительных редутах соперника. Всё-таки, техника работы с мячом у меня далеко не бразильская. Получив от него пас, я прошёл с мячом несколько метров и всем своим видом показал, что сделаю пас Соколову, рванувшемуся в сторону. Игроки противника сделали несколько шагов вперёд, желая создать офсайдную ловушку. Это им удалось, Виктор именно в ней и оказался. Но я, как можно мягче, забросил мяч в штрафную площадь и рванул туда сам. Думаю, никто на стадионе этого не ожидал: ни игроки, ни зрители, ни тем более тренеры. Все знали мой возраст и мои возможности. Никогда ранее я так не поступал. И вот, передо мной, все словно расступились, и было удивительным оказаться в штрафной площади один на один с вратарём. Я не стал искушать судьбу и пытаться обвести вратаря, поэтому с привычной для меня дистанции в одиннадцать метров послал мяч в угол ворот. Голкипер так опешил от всех моих манёвров, что даже не попытался выйти из ворот, и тем самым сократить угол обстрела. Мяч без приключений коснулся сетки ворот. Зрители, уже уставшие от невезения и начавшие потихоньку наполняться сомнениями относительно успеха в этом матче, от радости повскакали со своих мест. Было приятно слышать, как болельщики скандировали мою фамилию. Я знал, что громче всех кричали те, что испытали наиболее сильные сомнения. Я много чего знал, и тем не менее от "звука медных труб" у меня начала кружиться голова. И только крепкие мужские похлопывания по спине моих одноклубников привели меня в чувство. Через десять минут я, как под копирку, забил свой второй гол в этом матче. В этот раз я сыграл за счёт Соколова и Медведева. Они рванули перед штрафной площадью в разные стороны и оттянули на себя основные силы обороны. Все ждали от меня передачи Соколову. У него была более перспективная позиция. И я отдал мяч Соколову, но он хитренько тут же вернул его мне пяточкой. Я и ворвался во второй раз в тот небольшой коридор, что они для меня соорудили. Защитники в этот раз отреагировали более оперативно, бросившись ко мне, поэтому я пробил по воротам пораньше. Пятнадцать метров для меня тоже не были проблемой. Удар получился сильным и точным. Зрителей это привело в неистовство. Вратарь соперника только развёл руками. А говорят, "снаряд не падает дважды в одну и ту же воронку". Но только не в футболе. Последние минуты обе команды откровенно доигрывали матч. Серебровский сердился, пытался встряхнуть игроков, но у него мало что получалось. Размашистая игра отняла слишком много сил.
Два гола в одном матче - дубль. Для любого игрока - это большой успех, исполнение маленькой, но мечты. Мне удалось это сделать уже дважды, но и в этот раз я испытывал не менее приятные чувства. Тем более что два гола с игры - это что-то новенькое в моей футбольной жизни. Радость бурлила во мне, как молодое вино. Было вдвойне приятно ещё и оттого, что в очередной раз и тренер, и вся команда после свистка об окончании матча поздравила меня с успехом. Мои отношения в команде однозначно наладились.
В раздевалке рядом со мной оказался Паша Воронежский. Закончившуюся игру он никак не мог записать себе в плюс. Он был этим раздосадован, и это его состояние было весьма заметно. Любви и даже приязни между нами не наблюдалось. Из того, что он стоит рядом, я сделал вывод, что он хочет что-то мне сказать. И я подозревал, что его всё больше и больше раздражает, что я всё чаще и чаще занимаю его место на поле.
- Ты опять сделал дубль...
- Уже в третий раз! - сдержать свою радость я не смог.
- Да... тебе здорово везёт.
- Не больше, чем остальным. Надеюсь, ты заметил, что я "отпахал" весь тайм, вот фортуна меня и отблагодарила. Я вот лично не понял, почему ты так быстро сдался и уже в первом тайме стал ходить пешком. Тебе не пришла в голову мысль, что поступая таким образом, ты утратил интерес скаутов к собственной персоне? Ты разочаровал их, это уж точно.
Пашина реплика была немного обидна, она принижала мой успех. Это можно было списать на молодость моего визави и долгое отсутствие личных успехов. Я решил перехватить инициативу.
- Павел, уж не обиделся ли ты на меня за то, что я "выбиваю" тебя из основы? Ты же знаешь Серебровского. Всё, что Леонид Сергеевич сделал, было сделано ради пользы команды. Мы с тобой в равных условиях. Если не считать твою фору в возрасте. Никто не мешает тебе тренироваться и вернуть себе место в основе. Только для этого тебе придётся попотеть!
- Этот сезон ты отыграешь, а что потом?
