Илья раздраженно бросил мобильник на подоконник единственного в маленьком туалете окна и достал сигареты. Прикурив, безнадежно щелкнул пальцами и, нахмурив брови, уставился невидящим взглядом сквозь грязное стекло.
- Черт… - тихонько пробормотал он, удивленно посмотрел на зажатую в пальцах сигарету и бросил ее в унитаз.
Когда Илья откинул шпингалет и взялся за ручку двери, пол под ногами слегка дрогнул. Боковое зрение поймало какое-то мелькнувшее сияние. Капитан вышел в коридор отдела и настороженно прислушался.
Тихо. Совсем тихо. Слишком тихо. В отделе милиции не может быть так тихо. Даже ночью.
Илья попытался уловить со стороны скрытого за углом "обезьянника" хоть какой-нибудь звук. Если не ругань задержанных, то хотя бы обиженное сопение. Ничего. Выудив из кобуры пистолет, он тихо прошел по коридорчику и выглянул в дежурную часть.
Если камера временного содержания и могла пустовать, то "аквариум" дежурной части пустым быть не может по определению. Никогда.
- Палыч?…
Не дождавшись отклика, Илья спрятал пистолет и, пробежав холл, выскочил из пустого отдела милиции на безжизненную улицу.
- Черт…
Дежурный охранник остановился возле кабинета, не обозначенного табличкой, и прислушался. Не уловив никаких звуков, нерешительно стукнул в дверь костяшками пальцев и заглянул в помещение. Непосредственный руководитель трудился за столом при свете настольной лампы.
- Семен Петрович, вы последний. Остаетесь сегодня с нами?
Начальник службы безопасности оторвал взгляд от разложенных на столе бумаг и хмуро посмотрел на подчиненного.
- Что, дорогой, мешаю расслабиться?
- Нет-нет, Семен Петрович, все в порядке, - охранник смущенно попятился, прикрывая дверь. - Просто выполняю свои обязанности.
Он плотно притворил за собой створку и добавил сквозь зубы:
- Козел…
Семен Петрович поглядел на закрывшуюся дверь, собрал со стола бумаги в пухлую папку и, наклонившись под стол, сунул ее в сейф. Проворачивая в замке массивный ключ, он почувствовал слабую непонятную вибрацию. Нахмурив брови, Семен Петрович застыл и, ощутив второй толчок, выскочил из-за стола и подбежал к двери.
- Что это было? - резко спросил он у застывшего на посту в конце коридора охранника.
- Вы о чем? - лицо подчиненного плохо скрывало обиду под маской непроницаемости.
- Толчки почувствовал?
- Нет.
Семен Петрович вернулся в кабинет и бросился к компьютеру. Не присаживаясь в кресло, он быстро установил соединение с удаленным компьютером. Несколько секунд Семен Петрович решительно стучал по клавишам и вдруг, ругнувшись сквозь зубы, отпрянул от монитора.
- Засранцы…
Он схватил телефонную трубку и нажал одну кнопку.
- Гараж? Мою машину - к парадному. Срочно! Мигалку на крышу и двигатель не выключать!
Бросив трубку, Семен Петрович достал из ящика стола пистолет, сунул его в подмышечную кобуру и выскочил из кабинета.
На экране монитора под надписью "map #1837" весело бежал счетчик времени.
Разряды, отсчитывающие секунды, слились в две размытые полоски.
Ирина решительно надавила на грудь попытавшегося подняться с кровати пациента.
- А ну, лежать!
Пациент, упав на подушку, удивленно приподнял бровь.
- Это с каких пирогов?
Слегка оттаявший от последних потрясений Сергей суетливо отвернулся, уселся в кресло и углубился в компьютерные процессы. Ирина бросила на сына короткий взгляд и вернулась к непоседливому больному.
- Ну… Во-первых, Вячеслав Соломонович, вы все-таки пока пациент этой клиники и должны подчиняться правилам лечебного заведения и распоряжениям лечащего врача. В текущий момент… - она подняла глаза на настенные часы, - врача дежурного. А дежурю сегодня - не я.
Ирина показала Вячеславу кончик языка и положила палец на его губы, пресекая попытку возразить.
- Во-вторых, Вячеслав Соломонович…
- А кто дежурит? Давай его сюда… - дернув головой, Слава избавился от речевого ограничителя.
- … вы пребывали без сознания аж три недели, и резко вскакивать вам противопоказано. И, в-третьих, вы несколько неодеты, чтобы так резко нарушать постельный режим.
Слава посмотрел на своего лечащего врача слегка подозрительно и, приподняв край одеяла, скользнул взглядом по собственному телу.
- О-о…
Кротков сделал вид, что задумался. Глубоко.
