Второй раз человек-невидимка объявился через сутки. Он аккуратно «провертел» дырку в голове артнаводчика у соседей и ушел, вновь не оставив следов. Рассвирепевшие солдаты выслали группы на все возможные направления, перехватили в дальнем рейде караван с наркотиками и уничтожили две мобильные группы партизан. Но снайпера обнаружить не удалось.
Зависнув над картой, ротный долго постукивал кулаком по столу, потом ругнулся и предсказал наше неприятное будущее:
– Урода явно готовили хорошие профессионалы. Дожди, воды в лесу полно. Любая крошечная лодка по болотам пройдет и следа не оставит. На тропах мы можем сидеть хоть год, но так его не перехватим... Еще день, два, и он подойдет ближе. И начнет «щупать» уже оборудованные позиции. И в такую погоду наши датчики помогут мало. Да и толку от дешевых полосных сканеров и той мелочи, что мы разжились перед вылетом. Надо что-то особенное...
Я прислушался к шуму дождя и спросил:
– Думаешь, он полезет сюда? Рискуя головой и игнорируя риск нарваться на засаду?
– Это кто-то из местных. Или бывший охотник, или просто урод-самородок. Стрелять в джунглях на две-три сотни метров, это надо уметь. Тем более в дождь... Скорее он обнаружит засаду и завалит еще кого-то из ребят, чем мы сумеем его отследить на подходах. Самсон с подобным сталкивался уже... Надо что-то другое. Или хорошее оборудование с командования выбивать и размещать прорву датчиков по округе, или команду спецов вызывать, чтобы они на живца его ловили...
Пока хмурые бойцы обсуждали возможные варианты, я тихо сидел в углу и жевал подобранную днем соломинку. Потом поймал на себе изучающий взгляд командира и попытался озвучить мою бредовую идею:
– У нас в команде есть четыре человека, поставивших себе микрочипы экспресс-навигации. У двоих пришлось часть функций блокировать, но в целом это работающее железо...
– Есть такие, – согласился капитан Кокрелл. – Наводчик и координатор у пулеметчиков, один отвечает за связь с артдивизионом и один в группе глубокой разведки.
– У этих чипов есть побочный эффект. Если их перекалибровать и добавить атропиновые препараты, то можно неплохо видеть ночью без «ночников». Плюс, обострить обоняние на несколько часов. Четыре бойца на возможных путях подхода. Без фонящего оборудования, которое можно засечь. На сутки-двое их хватит, потом нужно будет госпитализировать и приводить в порядок. Зато их не сможет обнаружить никто. И никто не сможет просочиться мимо незамеченным.
– Двое суток мало. Охота может занять существенно больше времени.
– Тогда мы спалим им мозги. Решай сам, ротный. Но это – возможный вариант разобраться с проблемой без привлечения помощи «сверху». Тем более что ее нам все равно не дадут.
Остро отточенный карандаш лег на карту, и Кокрелл махнул одному из бойцов:
– Понял, о ком говорили?.. Тогда позови парней, будем мозговать, как лучше использовать их таланты...
* * *
– Док, но если я смогу его заметить, то шлепну с одного выстрела!
– И превратишься в ослепшего и оглохшего идиота. Запомни – никаких резких движений, никакой стрельбы и беготни по ночному лесу. У тебя будет притопленный шнур к спутниковому маяку в стороне от лежки, и оборудованная позиция. Твоя задача – лежать и слушать, нюхать, смотреть во все глаза. Ты должен слиться с джунглями, превратиться в опавший лист. И когда чужак пойдет мимо, дать нам знать... Когда наведешь на противника группу перехвата, примешь вот этот препарат. Который тебя вырубит на несколько часов, но спасет от звуков и вспышек стрельбы... Поверь, нам придется еще повозиться потом, возвращая тебя в нормальное состояние.
– Но если ребята его не заметят? И он сможет выстрелить первым!
– Твоего целеуказания хватит, чтобы зажать его на разведанной территории. И там уже ему не укрыться никак.
– Но я бы рискнул отработать сам. Эта сволочь завалила Томми, а мы с ним росли в одном квартале.
– Я тебя понимаю. Но если станешь играть в героя, то отправишься следом за своим другом... Поэтому – выполняй приказ, боец, и не рискуй жизнью товарищей, устроив личную войну...
* * *
– Я не уверен в двоих, ротный. У одного «фонит» чип, парня может просто скрутить на препаратах. Второй готов бежать впереди собственного свиста, лишь бы голыми руками придушить снайпера.
– Я знаю, док. Но выбора у нас нет. Если мы за эту неделю не разберемся с уродом, подтянутся другие ублюдки и начнем нести потери. Мы и так были вынуждены сократить частично патрулирование. Еще немного – и в лесу будет полно ср...х унидос, окопавшихся на каждой кочке. Поэтому придется рискнуть.
– У нас два дня, потом парни начнут «гореть».
– Значит, тебе придется совершить чудо, когда мы их заберем с позиций. Хватит, док, не грызи мозги, и без тебя тошно...
* * *