(по материалам электронного ресурса [45])
«Как известно, Луи Пастер перенес инсульт в подростковом возрасте. В результате он лишился половины мозга. Вместо нее у Пастера был огромный шрам. Однако нежный возраст помог мальчику быстро восстановиться, а позднее – заниматься такими сложными науками, как химия и биология, и создать вакцину против бешенства.
Но чем старше человек, тем дольше он выздоравливает от инсульта. А лет в 60–70 послеинсультный паралич половины тела может стать приговором на всю оставшуюся жизнь».
«Безмозглые» люди
«Утренняя газета», 12.03.2003 [43]
«14 октября 1996 года 29-летний Оскар Гарсиа Чирино самостоятельно пришел в городскую больницу. Увидев его, врачи пришли в ужас. И не случайно. Из головы парня торчал гарпун от ружья для подводной охоты. Причем голова несчастного была прошита насквозь. Оскар работал инспектором-ловцом на одном из водохранилищ близ Гаваны. В тот день он вместе с приятелем охотился на рыбу. Глупый напарник перепутал Оскара с крупной рыбой (пьян был, что ли?) и выстрелил в голову. Несмотря на то что все это случилось в 80 метрах от берега, Оскар добрался до берега самостоятельно. В больнице врачи провели сложнейшую операцию “по извлечению инородного тела” из головы потерпевшего. Для этого они сначала с обеих сторон перекусили стрелу клещами, а затем вытащили кусок металла непосредственно из черепной коробки. В настоящее время Оскар чувствует себя нормально и собирается вернуться к своему любимому занятию – подводной охоте».
Необходим ли мозг для сознания и мышления?
(по материалам электронного ресурса [47])
«В сентябре 1848 года Финеас Гейдж, старший мастер бригады дорожников-строителей, получил сквозное ранение головы железной палкой. Он заложил пороховой заряд в отверстие, пробитое в скале, подготовляя очередной взрыв. После этого его помощник должен был, как обычно, засыпать порох сверху песком. По какой-то причине это не было сделано, а Финеас Гейдж пренебрег проверкой выполнения этой операции. Вместо этого, полагая, что порох прикрыт песком, он опустил в отверстие тяжелую железную трамбовку, не придерживая ее. Результат был катастрофическим: железная палка, ударившись о скалу, высекла искру, воспламенила порох и устремилась к небесам. На своем пути эта палка, длиной больше метра и толщиной 3 сантиметра, насквозь пронзила головной мозг Гейджа, войдя через его левую щеку и выйдя около темени. В течение часа Гейдж находился в оглушенном состоянии, после чего он смог с помощью сопровождавших его людей пойти к хирургу и по дороге спокойно и невозмутимо рассуждал о “дырке в голове”. В конце концов, он оправился от инфекции, развившейся в ране, и прожил еще 12 лет. Гейдж кончил свою жизнь в Сан-Франциско, где он умер при обстоятельствах, потребовавших вскрытия тела. Несомненно, что только благодаря этому случайному обстоятельству ученые-медики смогли проверить эту историю путем прямого исследования поврежденного мозга. Выяснилось, что не только левая лобная доля подверглась тяжелому повреждению, но травма распространялась и на правую лобную долю. Как череп, так и железная палка ныне экспонируются в Гарвардском университете. Как ни поразителен был счастливый исход столь внушительной травмы, не менее поразительными оказались ее последствия. Поражало в них именно отсутствие резких изменений психики. Гейдж по-прежнему оставался дееспособной личностью: у него не обнаруживалось никакой потери памяти, и он был в состоянии заниматься своим делом. Снижение умственных способностей у Гейджа казалось несоразмерно малым для человека с таким обширным повреждением той самой части мозга, которую издавна считали субстратом высших интеллектуальных процессов. Некоторые изменения у Гейджа произошли, но они носили совсем не тот характер, какого следовало бы ожидать исходя из существовавших теорий. По-видимому, затронуты были главным образом особенности его личности, а не умственные способности. До несчастного случая он был тактичным и уравновешенным человеком, хорошим работником; теперь он стал невыдержанным и непочтительным, часто позволял себе грубую брань и мало считался с другими людьми. Он сделался упрямым, но переменчивым и нерешительным. Из-за этих новых черт характера ему уже нельзя было доверить руководство бригадой. Да он и не проявлял склонности к какому бы то ни было труду: вместо этого он предпочел странствовать, зарабатывая на жизнь тем, что показывал себя и свою трамбовку».
4. Остановимся, на утверждении, которое, казалось, не должно вызывать сомнений: с разрушением мозга прекращается психическая деятельность. Но сомнения возникают, стоит познакомиться со следующими фактами.
Жизнь без мозга
(по материалам электронного ресурса [44])
