Доказательства вины. Белая ночь полностью

Он вытряхнул последнюю каплю из фляжки себе в рот и встал. Потом сунул пустую фляжку в карман и снова надел свой воротничок.

— Боюсь, вам не меня надо об этом спрашивать. — Он положил руку мне на плечо и кивнул в сторону алтаря. — Но я вот что скажу: я пожил на этой земле чуть дольше вашего и знаю: так или иначе, все проходит. Я видел, как ситуации похуже этой оборачиваются иной стороной. Для Молли еще есть надежда, Гарри. Мы просто должны делать все, что в наших силах, и действовать по возможности с мудростью и состраданием. И еще мы должны верить: то, над чем мы не властны, подвластно Ему.

С минуту я сидел молча. Потом поднял взгляд:

— Вы почти заставили меня поверить.

Он вопросительно поднял бровь:

— Но?

— Не знаю, способен ли я на это. Не знаю, доступно ли это вообще для меня.

К уголкам его глаз сбежались морщинки.

— Тогда, возможно, вам стоит верить в то, что настанет день, когда вы поверите. — Его пальцы сжали и отпустили мое плечо.

Он повернулся, чтобы уходить.

— Падре, — позвал я.

Он задержался.

— Вы… вы не скажете Черити?

Он повернул голову, и я увидел на его лице печаль.

— Нет. Вы не единственный, кто очень боится поверить.

Внизу послышались торопливые шаги, и под балконом показался Мыш, а за ним Алисия. Большой серый пес уселся и задрал к нам морду. Алисия, задыхаясь, вертела головой:

— Отец?

— Мы здесь, — откликнулся Фортхилл.

— Быстрее, — выдохнула она. — Мама просила передать вам, что Дэниел пришел в сознание.

Дэниел поведал нам все, что помнил о нападении. Все получилось довольно просто. Он услышал шаги Молли внизу и спустился поговорить с сестрой. Тут в дверь постучали. Молли пошла открывать. Они обменялись парой слов, а потом Молли закричала и захлопнула дверь.

— Она вбежала в гостиную, — рассказывал Дэниел. — А они разнесли дверь у нее за спиной и тоже вошли. — Он поежился. — Они хотели подняться на второй этаж, и Молли сказала, что нам надо отвлечь их. Я схватил кочергу у камина и прыгнул на них. — Он покачал головой. — Я думал, это просто ряженые. Знаете… вроде как тупые грабители или что-то в этом роде. Но Жнец меня схватил. И хотел… Резанул меня этим своим кривым ножом. — Он кивнул в сторону забинтованной руки. — Молли ударила его, и он отпустил меня.

— Чем ударила? — спросил я.

Он покачал головой. Худенькое лицо его, казалось, осунулось еще сильнее от боли, усталости и потрясения. Говорил он как-то сухо, словно пересказывал события невероятного фильма, а не то, что произошло на самом деле.

— Я не видел. Наверное, битой или еще чем. Он меня уронил.

— А что потом? — спросил я.

Он судорожно сглотнул:

— Я упал и ударился головой об пол. А они ее схватили. Жнец и Пугало. Схватили и потащили к двери. Она кричала… — Он прикусил губу. — Я хотел им помешать, но Руки-Молоты бросился за мной. Тогда я выбежал через кухню и забрался в дом на дереве — понимаете, я сообразил… Ну, рук-то у него толком нет. Молотки только. Как ему за мной карабкаться?

Он посмотрел на Черити, и голос его виновато дрогнул:

— Прости, мамочка. Я хотел им помешать. Только они были такие… такие здоровые… — Глаза его заблестели от слез, и он всхлипнул.

Черити крепко обняла сына и шепнула что-то на ухо. Дэниел затих, только плечи его вздрагивали.

Я встал и отошел в дальний угол. Фортхилл присоединился ко мне.

— Эти твари, — шепнул я ему, — наносят не только физические травмы. Они ранят психику тех, на кого нападают.

— Думаете, с Дэниелом это произошло? — спросил Фортхилл.

— Надо посмотреть повнимательнее, но такое вполне вероятно. Некоторое время парню тяжело придется, — ответил я. — Это похоже на эмоциональную травму. Смерть близких… что-то в этом роде. Это ранит людей примерно так же. От подобного не сразу оправляются.

— Я тоже видел такое, — кивнул Фортхилл. — Да, я вам не успел сказать… Мне кажется, вам стоит знать, что Нельсон пришел ко мне вчера вечером.

Я кивнул в сторону той раскладушки, что была занята, когда мы приехали:

— Это он?

— Да.

— И как он вам показался?

Фортхилл пожевал губу:

— Если бы я не знал, что это вы его послали, я бы подумал, что у парня тяжелая ломка. Он говорил почти невнятно. Очень возбужденно. На самом деле был сильно напуган, при этом не мог объяснить, чем именно. Мне удалось немного его успокоить, хотя он чуть в обморок не упал.

Я нахмурился и запустил правую пятерню в волосы:

— Вам не показалось, что его кто-то преследовал?

— Нет. Хотя, возможно, я чего-то и не заметил. — Он устало и немного виновато улыбнулся. — Час поздний. И после десяти вечера я уже не совсем тот, что был когда-то.

— Спасибо, что помогли ему, — сказал я.

— Да не за что. А кто он такой?

— Парень Молли, — ответил я и оглянулся на мать, утешающую сына. — Возможно, Черити необязательно об этом знать.

Отец Фортхилл прикрыл глаза и вздохнул:

— О господи!

— Вот именно, — кивнул я.

— Позволите вопрос?

— Конечно.

— Эти создания, фаги, если они, как вы говорите, порождения мира духов, то как им удалось переступить порог дома?

— Традиционным путем, — вздохнул я. — Получив приглашение.

— От кого?

— Возможно, от Молли, — ответил я.

Он нахмурился: