— Зачем ей хвост? Она же не сирена, не ундина и тем более не селедка… Как бы вскарабкалась, задумайся, на дуб пушкинская русалка, будь она хвостатой?
Миша задумался: с хвостом вместо ног действительно трудновато заниматься древолазанием.
А девушка тем временем перешла в наступление:
— Ты серьезно способен высечь огонь? Или добыть трением?
— Ну-у-у… При нужде… — Он не закончил обтекаемую фразу: понимай, мол, как хочешь.
На самом деле Миша рассчитывал добыть огонь более прозаичным и надежным способом. Спросил:
— Вы вещи Ярослава забирали с катера?
— Да, мы с Кариной все подряд пихали в сумки. Нас понукали, поторапливали, некогда было разбираться, где чье.
— Осматривали их?
— Проверили. Много чего не взяли впопыхах. Я без косметички осталась, приходится у Каринки стрелять.
Ох уж эти женщины… Хотя для них косметика — это неотъемлемая часть жизни, и если вы не видели свою девушку поутру не накрашенной — значит, она пока не ваша девушка, и по большому счету вы ее вообще не видели. Примерно так думал Миша после того, как столкнулся однажды утром с лохматым и опухшим со сна существом женского пола, лет этак сорока на вид, которую в клубе счел едва ли не малолеткой. С тех пор он понимал, что женщинам без косметички никак, даже на необитаемом острове.
— Я вообще-то не про ваши вещи, — вернулся он к насущному.
— Про шмотки Яра? Я в них не копалась, как-то так.
— Пойдем посмотрим вместе. Думаю, Ярослав нас поймет и не обидится, когда вернется.
На самом деле Миша думал, что Ярослав не обидится по другой причине. А зажигалку погибший напарник с собой носил, хоть и не курил. Приметная зажигалка, бензиновая, с выгравированным на металлическом боку изображением дайвера. Под водой она ни к чему, значит, лежит на месте, в кармане.
И они отправились изучать наследство белобрысого крепыша.
Склад вещей — а до сегодняшнего утра еще и склад продуктов — находился в той самой не то избушке, не то землянке. Для житья она не годилась: темно, сыро и даже солнечным днем значительно холоднее, чем на улице, а для хранения — очень даже.
К тому же там имелась яма в дальнем углу, ничем не прикрытая, не огороженная, невзначай свалиться ночью легче легкого. Напоминала яма лаз в подвал или подпол, но исследовать его на ощупь никто не полез.
Оставаться в полутьме не стали: вытащили сумку Ярослава наружу, раскрыли, сразу увидели куртку, но в ее карманах нашелся лишь ключ от коттеджа, расческа, да мелочь россыпью.
— А это что? — спросила Лада, доставая из сумки миниатюрный баллон.
— Ох! — обрадовался Злобин. — Дай!
— Что это?
— Очень полезная штука!
Это был «пони-баллон» — полноценный акваланг, просто крохотный: полулитровый баллон, шланга нет, загубник прямо на баллоне. Незаменимая вещь, когда при одиночных погружениях отказывает основной акваланг: позволяет всплыть с глубины неторопливо, избегая «кессонки».
Миша не имел и не использовал «пони», а у Ярослава аварийное приспособление всегда висело на боку, значит, этот баллон — второй.
— А Ярослав запасливый.
— Он такой.
Второй дайверский нож, кстати, тоже обнаружился среди имущества белобрысого и тут же перекочевал к Мише.
К баллону резиновым пояском крепился зарядный штуцер и два переходника. Один из них должен подходить к DIN-стандарту, а значит…
— Подожди минуточку, я сейчас!
Злобин сбегал к своему снаряжению, попробовал подсоединить к нему баллон и улыбнулся: есть! Теперь можно поплавать! Недолго, конечно: мизерная емкость баллона не позволит разгуляться, но несколько минут у него есть.
— Пригодился? — спросила Лада.
— Еще как.
— Тогда давай искать зажигалку.
Однако найти ее не удалось: либо сам хозяин позабыл на базе, либо случайно выпала из кармана, когда девушки торопливо собирали имущество.
Зато на самом дне сумки Миша обнаружил свою разгрузку, которую числил канувшей вместе с катером. Находка была кладом, сокровищем, отысканным без помощи «Гаррета» или «Эскалибура». К владельцу вернулась «Энциклопедия», вещь бесценная в их обстоятельствах, и не только как кладезь знаний. Кто не верит — пусть попытается использовать в качестве туалетной бумаги сосновую хвою или жесткую, выгоревшую на солнце траву. Миша попытался и теперь обрадованно постановил пустить на нужды личной гигиены страницы из неактуальных ныне глав.
Вернулся фонарик-брелок — не самый мощный источник света, но все же единственный после утраты обоих дайверских фонарей. Вернулся складной швейцарский нож со множеством приспособлений. И даже немного еды отыскалось в кармане — нераспакованный шоколадный батончик и початая пачка жвачки. Еще в нагрудном кармане лежал мобильник — предусмотрительность бандитов оказалась не беспредельной, здесь они дали маху, но остров, увы, находился вне зоны приема.
Ни спичек, ни зажигалки Миша не носил с собой, но среди приспособлений, скрытых в рукояти швейцарского ножа, имелась крохотная лупа и огниво, тоже крайне миниатюрное, а значит, есть надежда разжечь сигнальный костер.
