Найдётся, конечно, умный читатель, который возразит и скажет: «Да кто они, старые друзья? Столько лет прошло. Сейчас время другое, жизнь у каждого своя. Разошлись пути – и слава Богу, значит, не судьба. Мы совсем уже разные люди. Даже и не знаю, право! О чём мы будем с ними говорить?» Действительно, оппонировать трудно. Жизнь расставляет для каждого свои приоритеты и правила. Да только история человеческая рассказывает, что дружба и взаимовыручка человеку выживать помогали в самые трудные времена. Добиваться успеха и переживать горести легче, когда люди помогают друг другу делом да добрым словом. А уж совместные путешествия в прошлое посредством воспоминаний явно никого не оставят равнодушными. Они принесут радость. Ведь студенты там сдавали экзамены!!!
Летний вечер разносил по улицам лёгкую прохладу. Городская духота в окружении нагретого стекла и бетона мало-помалу отступала. Ко времени заката солнца становилось легче дышать. Пётр Андреевич, как обычно, в это время возвращался с работы и чувствовал некоторую усталость. Возле своего подъезда он встретил соседку Оксану, жившую этажом ниже. Она выходила из подъезда со шпицем на поводке.
– Здравствуйте!
– Здравствуйте, такого маленького на поводок?
– Ничего, это чтобы далеко не убегал… Хороший вечер.
– Что, простите?
– Вечер, говорю, тёплый, ветерок лёгкий…
– А, точно… Как раз для прогулок.
Возникло неловкое молчание. Пётр внезапно ощутил себя словно прикованным к месту, где стоял. Он не мог пошевелиться. Будто некая сила держала его и не давала отвести глаз от соседки. Внимание не мог переключить даже лающий до хрипоты шпиц. К счастью, скованность была неполной. Он полностью владел речевым аппаратом, что позволяло продолжать разговор и гасить подпирающее волнение.
– У вас он часто так? Исходится лаем?
– Да, бывает…
Сердцебиение становилось более частым. Слова соседки действовали завораживающе. Он чувствовал, как его притягивает к ней, как будто магнитом. Очень странное ощущение. Не привязанность, не страсть. Настойчивое притяжение при всём внутреннем противоречии чувств. Соседка была красива внешне, и Пётр, в принципе, мог поймать некоторые грешные мысли. Но в данном случае происходящее имело совсем другую основу. Хорошо, что разум был пока ещё под его контролем. Сильное внутреннее напряжение сменилось невероятным облегчением, когда он услышал любимый голос:
– Папа, папа…
– О, привет, доча…
– Папа, что ты здесь стоишь?
– Да вот с работы иду, нашу соседку встретил…
Девочке было восемь лет. Она посмотрела презрительно на Оксану, потом на шпица. Дёрнула отца за руку и начала говорить:
– Ты, папочка, прежде чем с соседками разговаривать, лучше узнай, как у меня дела в школе…
– Ух ты, какая умница, ну пойдём… Извините…
– Да, да, интересная у вас дочь…
Отец взял дочь на руки, как маленькую, и прошёл в дом.
– Ну, Аллочка моя, рассказывай, как ты там…
– Пап, почему ты меня Аллочкой зовёшь? Ведь мама зовёт меня Алиса… В школе я тоже Алиса…
– Ну извини… Мне так нравится… Можно я тебя буду Аллочкой звать, ну хотя бы пока никто не слышит?
– Ну ладно, если нравится, так и быть, разрешаю…
– Ой, спасибочки, спасибочки, спасибоньки.
– Пап, перестань. Я не маленькая…
– Пока на руках ношу, значит, маленькая.
– А если меня рыцарь на руках будет носить?
– Ну, если рыцарь, то тогда вырастешь, а пока маленькая, сказал… Малюська…
– Ну, пап…
***
Пётр Андреевич был человек не худой и не толстый. Работал операционистом в банке. Жил с женой и дочерью в хорошей трёхкомнатной квартире, которую приобрёл в ипотеку. То есть всего втроём. В последнее время, несмотря на то что дочь уже подросла, у него ухудшились отношения с женой. То ли это кризис среднего возраста, то ли некоторое болезненное состояние, но жена начала закидывать его всевозможными упрёками и претензиями. В конце концов дошло до того, что с ней он почти не разговаривал, а максимум своего свободного времени уделял дочери. В общем, он был хорошим семьянином, но отсутствие эмоциональной близости с женой способствовало нарастанию некой потребности расширения кругозора в отношении противоположного пола. Год назад в их доме поселилась Оксана и быстро привлекла его внимание. Будучи человеком приличным, Пётр не поддавался этому влечению, или, лучше сказать, не поддавался в полной мере. Возможно, иногда он чуть-чуть грешил в своих фантазиях, но движений в этом направлении не инициировал. Семья для него имела первостепенное значение, и никакой особенной истории могло не быть, если бы Оксана была обычным человеком и не предпринимала определённые шаги для того, чтобы завлечь к себе этого в меру обаятельного гражданина.
