И тут Максимыч начал орать. Юрьевна поморщилась, отодвинула трубку подальше от уха. Децибелы зашкаливали. Наконец он устал и выдохся, замолчал. Юрьевна приложила телефон к уху.
— Ты в курсе, что эксперты обнаружили пули от двух разных стволов? — сказал Максимыч. Уже спокойным голосом.
Юрьевна помедлила. «А вот это интересно».
— Интересно. А гильзы только от ГШ Свечникова?
— Да. Гильз от второго нет.
— Потому что Ребров забрал их с собой? — предположила она.
— Потому что это револьвер!
Юрьевна провела рукой по лбу, убрала волосы. Второй ствол, наверняка не зарегистрированный нигде. Револьвер. Древний наган какой-нибудь? Сейчас такие, кажется, только у линейной полиции остались. И Свечников принес его с собой? Зачем?
— Света, верни мне свидетеля!
— Нет.
На другом конце провода воцарилась тишина. Юрьевна представила, как далеко отсюда, в своем кабинете, Максимыч сидит у стола — и лицо его снова медленно наливается багровым от бешенства. Медведь-шатун вернулся.
— Света, у тебя совесть есть?!
— Ты же лучше всех знаешь, что нет, — спокойно ответила Юрьевна.
Максимыч осекся. Замолчал.
— Пока, дядя Андрей, — сказала она. — Я позвоню.
— Света, подо…
Она положила трубку.
Денис пришел в себя на полу, на ковре. Кто-то укрыл его одеялом. Забыв про раненую руку, Денис пошевелился, сел и тут же застонал от боли. Пробило насквозь, аж в глазах сверкнуло и потемнело. Денис аккуратно вытащил руку из-под одеяла и с удивлением увидел свежую повязку. Кто-то его перевязал, пока он был в отключке. Денис поднял голову и увидел Светлану Юрьевну. Следовательница сидела за столом, у окна, в темноте и ждала, когда он проснется. За окном уже начало светлеть. Вокруг силуэта Юрьевны светился медно-красным, как окалина на металле, отсвет будущего рассвета. «Часа три утра…» — подумал Денис. Сейчас рано светает.
Юрьевна повернула голову.
— У тебя открылась рана, — сказала она. — Сколько ты уже не спал?
Денис вспомнил, что ему снилось, и помотал головой. Это был не сон. Это был мучительный кошмар.
— Я не хочу спать. Не могу.
— Я перевязала тебе руку, как смогла, — сказала Юрьевна. — Будем надеяться, шов не разойдется. Будешь пиццу? Возьми, тебе надо немного поесть, — она помедлила. — Знаешь, о чем я думаю? Ты по-настоящему разглядел этого маньяка. Верно? Я по твоим глазам это вижу. Как видно по взгляду подростка, что он побывал на войне.
Денис молчал.
— Ты еще не готов рассказать мне всю правду?
Прежде чем ответить, Денис помедлил. Желание рассказать все стало нестерпимым, жгло изнутри. Денис облизнул шершавые, растрескавшиеся губы. Страшно хотелось пить.
— Он… мертв.
«Кожеед мертв».
Юрьевна покачала головой. Встала, взяла со стола и протянула ему стакан.
— Я знаю, ты боишься. И это правильно. Только дураки не боятся. Выпей воды.
Денис послушно выпил из предложенного стакана. Вода показалась ему странноватой на вкус, но он допил все до конца. «Может, здесь вода такая…» — подумал он вяло.
Светлана Юрьевна вздохнула, села рядом на ковер и сочувственно положила ему руку на плечо. В этот раз Денис смог побороть свой первый порыв — отдернуться всем телом. Остался сидеть.
— Я могу тебе сказать, что легкого выхода из этой ситуации нет, — сказала следовательница. — Прости, что я так давила. Мне даже трудно представить, через что ты прошел. И я подозреваю, что Свечников помогал Кожееду вас пытать. Это так? Мне самой в это сложно поверить. Когда-то он был моим другом.
Он все же сбросил ее руку со своего плеча и отвернулся.
— Чтоб вы сдохли со всей вашей дружбой!
— Понимаю, — сказала она после паузы.
Она встала и сходила за конвертом. Открыв его, она высыпала фотографии, полученные от судмедэкспертов, на пол перед Денисом.
— Смотри. Руку отрубили, когда твой друг сидел за столом, — на столе даже зарубка уцелела с его кровью. В висок твоей девушке выстрелили в упор — несмотря на то, что тело слишком сильно обгорело, это сразу видно. И мне даже представить страшно, как именно погибла Ольга Сидоренко — девушка твоего лучшего друга. Твои показания любой первокурсник развалит, да только мне сверху сказано — дело прикрыть. Вот, все карты на стол. Свечников мне друг, но я готова расковырять это дело. Лишь бы узнать правду.
Денис молчал. По его телу разлилось приятное тепло. Все проблемы, казалось, остались позади. Что происходит? Он взял в руки стакан. На дне он увидел небольшой белый налет. Денис нащупал пальцем остаток лекарства, которое «подло подсыпала… светловолосая тварь…», но сейчас его это почему-то не разозлило. Совсем нет. Все его внимание было приковано к ее глазам. Следовательница смотрела на него не мигая. Ее взгляд гипнотизировал и успокаивал.
— Я — единственный человек, который у тебя остался, — сказала она. — Прости, но это правда.
Веки налились тяжестью. Денис больше не понимал, где сон, а где реальность. Светлана Юрьевна встала и пошла к двери.
— Попозже поговорим, — сказала она в дверях.
Денис откинулся назад, лег на ковер. Как хорошо. В голове снова зазвучал Олин голос: «Как можно выиграть в эту игру?» Как можно… Как…
