На противоположной стороне поляны, сквозь жидкий ряд деревьев, проглядывала старая заброшенная больница. Часть окон была разбита, чернели провалы, крыша здания в нескольких местах просела. В принципе, эта больница ничем не отличалась от сотен и тысяч других заброшенных советских зданий – разваливающиеся от времени останки былой империи.
Сзади раздался характерный звук брошенного на землю велосипеда. Звяк.
– Я себе весь зад стерла! – Оля была, как всегда, «на позитиве». – Степа-ан! – требовательно позвала она.
Степан послушно поднял велосипед и перенес через канавку. Потом вернулся, чтобы подать руку Оле.
– Фалаут ваще. – Степа прогнулся назад, уперевшись руками в поясницу. Послышался хруст. – О-о! Кайф!
Женя, прикрыв ладонью глаза от солнца, напряженно всматривалась в здание. Обычная советская постройка. Мальчишки в школе лазили по таким, пытаясь произвести на девчонок впечатление. Женю вдруг пробил озноб, будто ледяной ветер скользнул под кожу. Она прижалась к Денису.
– Мне страшно, поехали отсюда. – Женя отвернулась. Ее кожа покрылась мурашками, хотя солнце палило, как сверхновая звезда.
Это не ускользнуло от Олиного взгляда.
– Ой! Да что там может быть страшного? – Оля пружинисто вскочила на ноги. – Пошли посмотрим? Степа?
Тот с готовностью подскочил и протянул ей руку.
– Ден, ты идешь? – спросил Степыч.
– Давай отсюда сфотографируемся и поедем, – Денис нехотя поднялся. Ноги гудели – давно он на велосипеде не катался. Но дело было не в усталости. Почему-то от одного взгляда на больницу у него пробегал по спине странный холодок…
– Что, тоже струсил? – Оля решительно направилась к больнице.
– Иди-иди. Может, там сейчас бомжи трахаются, – нарочито грубо сказал Денис.
Оля остановилась.
По лицу девушки скользнула гримаса омерзения. В отличие от брата с отцом, Денис умел находить нужные методы для разных людей. Работа охранником имеет свои особенности: если постоянно махать кулаками, рано или поздно нарвешься на нож или получишь бутылкой по затылку. Поэтому к каждому буяну у Дениса был свой подход: кого-то пугал, кого-то хвалил, с кем-то говорил по душам, кому-то за счет заведения наливал стопку на посошок. Ну, а кого-то приходилось и бить. Как тех двух придурков с травматом.
Глядя на Олю, Денис словно ее глазами увидел, как это будет. Вот она в новеньких кроссовках обходит кучки засохших экскрементов, переступает старые шприцы и презервативы, отмахивается от жирных зеленых мух, которые летают около ее красивого гладкого лица, и любуется на обязательную надпись из трех букв, без которой не обходится ни одна российская постройка.
Оля остановилась, и Денис последней фразой помог сохранить ей лицо:
– Кроссовки у тебя красивые. Жалко, если испачкаешь.
Оля надменно выпрямилась. Так, что ее крупная грудь, обтянутая бежевым топиком, эффектно выделилась на фоне зелени. Степыч судорожно вздохнул и уставился преданным собачьим взглядом. О, блин. Денис вдруг сообразил, что сам застыл и вовсю пялится. Черт знает что.
В отличие от Дениса, у Оли был только один метод, но он всегда работал.
– Ладно, – лениво протянула Оля. Усмехнулась. – Давайте отсюда сфоткаемся.
– Ага. Нам еще до Степиного мегаместа пилить и пилить.
– Да ладно, не так уж далеко, – пробурчал Степыч.
Собравшись вместе, они сфотографировались на фоне заброшенной больницы.
Дальнейшая дорога прошла без приключений.
– Приехали! – объявил Степан. И бесцеремонно бросил велосипед на землю. Тот жалобно звякнул. – Что я вам говорил? Красота. Мегаместо!
От места действительно захватывало дух: с трех сторон поляна была обрамлена лесом, четвертая сторона выходила на крутой спуск, а внизу, через зеленый луг, виднелся изгиб реки. Идеальное место для отдыха и шашлыков. И романтических посиделок вдвоем, обнявшись и глядя на речку.
– Да уж, ракурс зачетный, – сказал Денис. – А вообще, что это?
– Тут, видимо, раньше была горка для лыжников, – сказал Степыч. – Ну, эта… тренировочная горка. Как на Воробьевых у нас.
– А!
Кеша пружинисто спрыгнул на землю:
– Ну что, распаковываемся, что ли? Аня, ты как?
Аня с трудом оторвалась от телефона, в который уткнулась, как только все остановились. Посмотрела на Кешу отчужденно, снова уставилась в экран. Кеша застыл.
– Кеш! – позвал Денис. – Кеша, блин!
– Что? – Брат нехотя повернул голову.
– Пойдем дрова поищем, – сказал Денис.
Степан, гремя бутылками, уже облагораживал будущее место для шашлыков. Он расстелил на траве плед и теперь проворно расставлял пластиковые одноразовые стаканчики. Скоро и водка будет. Выпить первым делом – это для Степыча святое. Женя помогала. Аня оставила велосипед на траве и, украдкой осмотревшись, словно вор, положила телефон в карман и пошла в сторону холма. Через мгновение она скрылась за кустами.
Брат молчал.
– Кеша, оглох?! – прикрикнул Денис. Кеша наконец очнулся. – Пошли, говорю, со мной. Ну, живее!
Денис чувствовал, что с минуты на минуту разразится скандал.
– Я просто хочу найти Аню, – жалобно сказал Кеша. Денис разозлился. Вот дал бог такого братца!
– Не тупи, в туалет она пошла. Вон туда.
