Он навалился на поверженного противника, голова на длинной шее скользнула вперед – так, чтобы красные глаза оказались ровно над провалами, служившими глазами титану. И как только Эрмин и чудовище посмотрели друг на друга, титана не стало.
Его тело все еще было здесь – неподвижное, похожее на череду холмов. Но из глиняного оно вдруг стало каменным и, вне всяких сомнений, не живым. Титан, убитый василиском, больше не мог притворяться человеком.
– Он что… мертв? – решилась спросить я.
– Да. Это же василиск – они рождены, чтобы убивать, они на любого управу найдут.
– Значит, мы победили? – оживилась Нея.
Но Сиара ее оптимизм не разделяла:
– Кто это – мы? Победил он, и он решает, что будет дальше.
Убедившись, что с Эрмином покончено, василиск снова распрямился и взглянул на нас. Я вдруг поняла, что смотрю прямо в красные глаза, и испугалась. Разве я не должна превратиться в камень, как титан?
Но нет, похоже, чудовище прекрасно владело своей силой. Оно высвобождало ее в схватке, могло убить и меня – но не хотело. Оно смотрело на меня так странно… как будто знало! Как будто его волновала моя судьба…
Василиск двинулся к нам, и Сиара насторожилась, однако Нея поспешила ее успокоить:
– Да не дергайся ты! Он ведь всегда был на нашей стороне.
– Чего? Как это я могла василиска на нашей стороне не заметить?!
Она не представляла, что здесь происходит. А вот я, знавшая о магическом мире гораздо меньше, начинала догадываться. Однако я боялась верить в это, чтобы уберечь себя от горечи разочарования, и просто ждала.
Василиск медленно и грациозно подошел к нам, и я только сейчас поняла, какой он на самом деле огромный. Меньше титана, но для меня и это бесконечно много! Он навис над нами, и если бы он хотел нас убить, ему, пожалуй, хватило бы одного движения на всех четверых.
А вместо этого он вспыхнул и разлетелся облаком пепла, но не серого, а алого – того же цвета, что раскаленные угли костра. Там, где только что стояло чудовище, остался лишь человек. Я никогда прежде не разговаривала с ним и не смотрела в эти глаза. Но я видела его десятки раз! И даже сейчас большая часть его тела была скрыта белыми повязками, которыми я его забинтовала.
Это был тот самый пациент из отделения проклятых, которого я так жалела: изъеденный язвами, загнивавший изнутри. Но теперь он изменился – он выздоровел! Под повязками мелькала только здоровая кожа.
А еще он убрал бинты с лица, верхней части груди и рук – и я узнала его. Может, его тело и было мне неизвестно, однако его душа была со мной с первого дня в этом мире.
– Локи? – одними губами произнесла я.
– Вообще-то, меня не так зовут, – улыбнулся он. – Давай начнем с начала. Астрей Серпент, василиск, приятно познакомиться.
Я не стала ему подыгрывать, настроение было не то. Радость, бушевавшая в моей душе, оказалась так же сильна, как недавнее горе. Я-то была уверена, что Хакир отнял его у меня навсегда, уничтожил его до того, как я успела извиниться. Странно это и глупо, но только лишившись его, я поняла, что люблю.
А теперь он стоял передо мной – настоящий, не призрак! Немного бледный, и волосы совсем короткие, но в остальном – это он, мой Локи. Как можно не узнать эту улыбку?
Так что мне было не до разговоров, я подалась к нему и обняла его, прижимаясь к нему всем телом.
– Астрей, значит? – прошептала я ему на ухо. – Я запомню. Господи, если бы ты знал… Мне так жаль… Я даже не знаю, с чего начать!
– Извиняться точно не нужно, – успокоил меня он.
– Но я хочу!
– Не нужно. Прошлое не важно – или, по крайней мере, не так важно, как ты думаешь.
– Я наговорила тебе столько лишнего…
– Когда любишь кого-то, простить такие мелочи несложно. Возможно, ты когда-нибудь поймешь это.
– Кажется, я уже понимаю!
Я поцеловала его, и его губы, сухие, горячие, были мне в этот миг дороже всего на свете. Меня не волновало, что он не человек – и одно из самых страшных чудовищ, которых я когда-либо видела. Мне было важно, что он мой и я его больше не потеряю.
Мне хотелось так и стоять рядом с ним, чувствовать его и не думать ни о чем. Но жизнь напоминала о себе: нам всем нужно было разбираться с последствиями атаки Эрмина. Многие пациенты и врачи получили ранения, пусть и несущественные, они по-прежнему были напуганы, а те, кто успел бежать через портал, уже сеяли панику во внешнем мире.
Так что если мы не хотели вторжения солдат в Эпиону, нужно было срочно действовать.
К счастью, от меня никто ничего не требовал. Меня наконец-то оставили в покое и Астрея тоже: может, он и был могущественным монстром, но он только очнулся от долгой комы, ему нужно было вести себя осторожно.
Так непривычно было знать его имя и не называть его Локи – мне предстояло привыкнуть к этому. Еще более нереальным казалось то, что у него есть тело, а значит, у нас есть будущее.
