Доктор Джонс против Третьего Рейха.Его имя стало легендой.Он — величайший археолог всех времен и народов.Он — личный враг Гиммлера и Гитлера.Он раскрывает самые секретные планы нацистов, пресекает самые зловещие их замыслы…Европа на пороге Второй Мировой войны. Немецкие экспедиции рыщут по всем континентам в поисках древних святынь, тайных знаний и магических артефактов. Люди здравомыслящие видят в этом всего лишь доказательство безумия нацистской верхушки. Один профессор Джонс знает, что древняя магия вполне реальна, что великие святыни, за которыми охотятся эсесовцы — Святой Грааль, Копье судьбы, Ковчег Завета, — гарантируют победу в войне и власть над миром…Индиана Джонс должен остановить силы зла любой ценой. От исхода этой схватки зависит будущее человечества. Он не имеет права проиграть!
Ни одна живая тварь, кроме авторов, при написании этой книги не пострадала
— Итак, господа, я очертил вам круг тем, которыми мы займемся в ближайший месяц, — сказал лектор. — Какие вопросы?
Он уперся руками о кафедру и строгим взглядом осмотрел аудиторию.
— Разрешите, сэр? — руку подняла девушка, сидевшая за столиком в первом ряду.
— Разумеется, мисс…
— Сара Бартоломью, сэр. Вот у меня записано: «Пятое Небо, как стержневое понятие космогонических концепций древних ацтеков». Я не ошиблась? Пятое, а не седьмое?
— Пятое Небо — это то место, где мы с вами обитаем, мисс Бартоломью, — улыбнулся лектор. — Есть у него и другое название: Пятое Солнце или Солнце Движения, Наоллин. История Вселенной, господа, делится на пять великих Солнц. Первым было Солнце Ночи, оно изображалось в виде головы кошки и воплощало царство безнадежности. Вторым было Солнце Дыхания — чистый дух, возрождающий жизнь. Затем Солнце Огня и Солнце Воды. Надеюсь, вы понимаете, что все это миф, современная наука несколько по-иному видит возникновение нашего мира.
— Профессор, а когда вы расскажете о каком-то там Змее? — спросил пухлый круглощекий коротышка, помещавшийся возле окна. — Я, кстати, люблю драконов и прочих рептилий. А вы, профессор?
— Ваше имя, юноша?
— Джек. То есть Джон Ким, а что?
— В следующий раз шутить будете в коридоре, мистер Ким. По личному опыту скажу, что полюбить рептилий несложно, очень грациозные создания, гораздо сложнее добиться ответной любви. Что касается Крылатого Змея или Кецалькоатля, Змея-В-Перьях, то этот персонаж — центральный в цикле наших лекций. Он присутствует во всех культурах Центральной Америки — Кукулькана на языке майя, Кукумаца на языке киче, — так что мы уделим ему достаточно внимания. И самому божеству, и жрецам, носившим то же имя. В качестве дополнительного материала могу рассказать вам также о географии земель, составлявших владения Крылатого Змея. Удивительные страны, господа…
— Я знаю, — кинул реплику студент из средних рядов. — Разрешите, сэр?
— Вы уже что-то знаете? — широко улыбнулся лектор. — Прошу вас, сэр.
Студент встал.
— Я там был. Ну, в этой долине. У моего отца в Мексике ранчо есть. Пирамиды видел, «проспект мертвых», мне очень понравилось…
— Пирамиды Солнца и Луны?
— Наверное.
— Завидую вашему отцу. А вы, значит, решили учиться у нас, мистер… ээ…
Студент почему-то покраснел.
— Я хочу сначала стать историком, — ответил он невпопад, зато с неодолимой силой искреннего упрямства. — На юридический я потом пойду.
— Да-да, любопытно, — согласился лектор. — Юристом вы обязательно станете, в этом я не сомневаюсь, и вообще адвокатам принадлежит будущее… Еще вопросы?
Студент, отец которого имел ранчо в Мексике, все не садился:
— Вы сами были в тех местах, профессор? Вы ведь археолог, я прав?
Аудитория зашумела. Было ясно, что эта тема интересует присутствующих гораздо больше, чем мифические Солнца и драконы, придуманные невежественными индейцами. «А правда, что вы все лето в джунглях воевали?» — послышались возгласы. «Он только что с самолета, и сразу на лекцию, точно тебе говорю… А зимой он из Магриба привез Коран, который еще Гарун аль-Рашиду принадлежал… А теперь вы куда поедете, профессор?» Лектор снял очки, молча подошел к окну и замер, долгим взглядом изучая проснувшийся университетский городок. Его лицо отвердело. Что он видел в этот момент, было неизвестно, но аудитория вдруг стихла, замерла вместе с ним.
— Разрешите, сэр?
— Да? — спросил лектор.
Сара Бартоломью встала.
— Не могли бы вы нам рассказать… — звонким голосом отличницы начала она.
— Да? — повторил он, не оборачиваясь.
— Извините, пожалуйста, — тихо сказала девушка и села.
— Я был южнее, — неохотно сообщил он, поглаживая свежий шрам на щеке. — В Гватемале.
Студенты вновь ожили.
— На каких раскопках вы работали сэр? — включился в беседу следующий собеседник. — На могильнике или на городище?
— Я был не на раскопках. Расскажу как-нибудь в другой раз, договорились?
— Я уже ходил в экспедицию, в июле нанимался, — с гордостью сказал студент. — На Эри ходил. Думал, меня на расчистку поставят, а в результате два месяца отвалы[1] просеивал. Говорят, вы что-то интересное привезли, профессор?
Лектор медленно, тщательнейше поправил широкополую шляпу, ладно сидевшую на голове, — он вел лекцию, не снимая головного убора, — после чего развернулся к своим ученикам.
— Милый юноша, вы собираетесь стать действующим археологом?
— Да, сэр.
— Тогда рекомендую вам никогда не задавать подобных вопросов.
— Спасибо, сэр.
— А сколько за это платят? — тут же заинтересовался кто-то.
— Некоторые платят за это жизнью, — буднично ответил профессор. — Членами тела, внутренними органами…
