– Тебе нужно записаться на повторный прием. Он же сказал, что нельзя проводить испытания без врачебного присмотра, верно? Просто возьми одну из своих игрушек на прием и посмотри, как он отреагирует.
Я закатываю глаза:
– Черт, нет. Я больше никогда не смогу посмотреть ему в глаза. Лея, это было так унизительно. Я кончила на руку мужчины, пока он пытался выполнять свой профессиональный долг.
– На нем было обручальное кольцо?
Я хихикаю, качая головой, хотя Лея не видит меня.
– Нет, не было.
– Отлично. Тогда я не вижу никаких проблем. Амара, это может стать началом удивительной истории любви.
Я разражаюсь смехом, чуть не уронив одну из своих книг.
– Больше похоже на плохое порно. Представить не могу, как ему было неловко. Не хочу даже знать, что он теперь обо мне думает. Наверное, то, что я какой-то ненормальный фрик. Мне так стыдно, Лея.
Я кое-как балансирую грудой книг, пытаясь не уронить их по пути к машине.
– Черт, – кричу я шепотом, взглядом устремляясь к входу небольшого минимаркета в кампусе.
– Что такое? – отвечает Лея.
– Лея, это он. Клянусь, это он. Он прямо сейчас выходит из магазина. Что мне делать? Мне нужно спрятаться.
– Ох. Вот дерьмо. Серьезно? Ладно, веди себя естественно. Не нервничай.
Мои глаза встречаются с глазами доктора, и я сразу же отворачиваюсь от него.
– Зачем я это сделала? – спрашиваю я скорее себя, чем Лею.
– Черт! Что ты сделала? – спрашивает Лея настороженно.
– Нужно было просто сказать «привет» или кивнуть. Черт. Я просто отвернулась. Буквально развернулась, как только наши глаза встретились. Почему я себя так веду?
Лея разражается смехом, а я крепко сжимаю телефон. Мои щеки пылают. Я не могу взглянуть на доктора Гранта. Наверняка я сейчас похожа на спелый помидор со своими рыжими волосами и вспыхнувшим на щеках румянцем.
– Что с тобой? Ты ведешь себя довольно странно для такой красотки, как ты.
Я стараюсь как можно незаметнее оглянуться, но доктор Грант все еще смотрит на меня, широко улыбаясь. Он делает шаг в мою сторону, и я чуть не роняю телефон.
– Блин! Он направляется в мою сторону. Мне нужно идти. Люблю тебя, пока! – шепчу я в трубку, завершая разговор.
Как только я хочу заблокировать телефон и кинуть его в сумку, он снова начинает вибрировать. Не задумываясь, открываю сообщение, полагая, что Лея спешит дать мне очередной ужасный совет… но это не так. Сообщение с незнакомого номера, но я сразу же понимаю, от кого оно.
Я застываю на месте, книги падают на землю, а мир вокруг меня исчезает. Мое сердце бьется так громко, что я будто слышу его. Я крепко сжимаю телефон, изо всех сил стараясь подавить внезапно подступающую тошноту и панику.
Как он смеет? Как он смеет присылать мне сейчас это сообщение? После стольких лет он пишет мне, будто бы он не разрушил нашу семью, разбив все на осколки.
Увидеться со мной? Он хочет увидеться со мной? После того, что он натворил? Меня тошнит от одной мысли о нем. Этот человек… он чудовище.
Я делаю нервный вдох, изо всех сил стараясь успокоиться и не поддаваться панике. Несмотря на все усилия, у меня перехватывает дыхание, и с каждой секундой мне становится все тяжелее дышать. Страх овладевает мной. Я держусь за шею и пытаюсь смахнуть слезы, но это не помогает заглушить желание бежать, спасаясь от нахлынувших воспоминаний. Делая шаг вперед, я спотыкаюсь о разбросанные у моих ног книги и ударяюсь коленкой об пол, не успев схватиться за что-то.
Слезы неудержимо текут по щекам. Глядя на разодранные до крови колени, пытаюсь встать с холодного асфальта. Я не чувствую боли. Нет, это просто выход для сковывающей изнутри душевной боли.
Из горла рвется всхлип. Почувствовав резкую боль, подтягиваю колени к груди. Не понимаю, помогает ли это притупить боль в груди или усиливает ее, но я растворяюсь в ней.
Я не видела отца более пятнадцати лет. Я никогда ничего о нем не слышала, и даже одно упоминание о нем доставляет моей матери мучительные переживания. Как он мог? Как он мог объявиться после всего того, что он наделал?
Я изо всех сил пытаюсь сделать глубокий вдох и успокоиться, но меня затягивает в нисходящую спираль воспоминаний и душевной боли, и все, на что я способна, – это задушить очередной всхлип. Чувство бессилия овладевает мной, ненавижу себя за это. Ненавижу себя за то, что я такая слабая. Ненавижу, что не могу управлять своим телом.
– Отойдите! Я врач.
