— Вот копии документов, захваченных нашими агентами, — сказал он. — Они свидетельствуют о том, что капитан Крюк занимается не только каперством, но и… скажем так… поисками, которые выходят за рамки его полномочий. И эти поиски затрагивают интересы Англии.
Де Лонвийе взял бумагу, развернул ее. Это были копии писем, приказов, каких-то карт — все на английском языке. Он пробежал глазами по строчкам, делая вид, что внимательно изучает документы, хотя на самом деле его мысли были заняты другим. Он думал о Крюке, о том, как этот удачливый капитан умудрился найти сокровища Дрейка, обвести вокруг пальца Роджерса, получить далеко не слабый корабль. И вот теперь он, похоже, влез в какую-то еще более опасную игру, раз уж им заинтересовались на самом верху. Губернатор назойливо отгонял догадку истинной цели англичан. Он не хотел верить, что Кромвель тоже охотиться за сокровищами Дрейка.
— Я должен ознакомиться с этими документами более подробно, — сказал де Лонвийе, складывая бумагу обратно. — Но даже если предположить, что капитан Крюк в чем-то нарушил свои инструкции, это внутреннее дело Франции. Мы сами разберемся с ним, в соответствии с нашими законами.
Коренастый англичанин снова улыбнулся, но на этот раз его улыбка была больше похожа на оскал.
— Боюсь, господин губернатор, что это не совсем так, — сказал он мягко, но с угрозой в голосе. — Речь идет не просто о нарушении инструкций. Речь идет о… скажем так… вещах, которые имеют гораздо большее значение, чем обычные пиратские трофеи. Вещах, которые могут повлиять на баланс сил в мире.
Де Лонвийе раздраженно нахмурился. Эти англичане вели себя так, будто они здесь хозяева, а он — всего лишь мелкий чиновник, обязанный им подчиняться. Но он сдержался. Гнев — плохой советчик, особенно в таких делах.
— И что же это за вещи? — спросил он безэмоциональным голосом.
Высокий англичанин переглянулся со своим напарником, словно решая, стоит ли раскрывать все карты сразу. Затем он наклонился вперед и произнес, понизив голос:
— Эльдорадо, господин губернатор. Капитан Крюк ищет Эльдорадо.
Де Лонвийе едва не рассмеялся. Эльдорадо! Легенда, сказка для дураков и авантюристов! Неужели англичане не знают истинного сокровища Дрейка? Хорошо, если так. Надо их расшевелить.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями. Англичане ждали, не сводя с него глаз. Он видел, что они нервничают, что они хотят получить от него какой-то определенный ответ. Да, он решил дать им его, но не тот, которого они ожидали.
Он резко встал, оборвав затянувшуюся паузу. Его кресло с грохотом отодвинулось назад. Он оперся руками о стол и посмотрел на англичан сверху вниз, в упор. Его лицо выражало неприкрытую ярость.
— Что вам нужно? — спросил он, повысив голос. — Хватит ходить вокруг да около! Говорите прямо!
Вся эта дипломатия, вся эта игра в вежливость, все эти намеки и недомолвки — все это было ему противно.
Англичане были ошеломлены его внезапной переменой. Высокий побледнел еще больше, а коренастый перестал улыбаться. Они явно не ожидали такого напора. Они привыкли к тому, что с ними говорят вежливо, сдержанно. Но де Лонвийе не был из таких.
Высокий англичанин, оправившись от секундного замешательства, откашлялся и выпрямился, стараясь придать себе как можно более внушительный вид. Его серые глаза метали молнии.
— Мы требуем, — произнес он, чеканя каждое слово, — чтобы вы выдали нам капитана Крюка. Живым или мертвым — это не имеет значения.
Де Лонвийе ожидал чего угодно, но не такой наглости. Выдать Крюка? Капера, действующего под французским флагом? Это было неслыханно!
— Вы в своем уме? — спросил он, не скрывая своего возмущения. — Вы требуете от меня, чтобы я предал своего подданного, нарушил закон, опозорил честь Франции? Вы понимаете, что вы говорите?
Коренастый англичанин, который, видимо, был более искушен в дипломатии, чем его напарник, попытался смягчить ситуацию. Он поднял руку, как бы призывая к спокойствию.
— Господин губернатор, — сказал он примирительным тоном, — мы понимаем, что это… необычная просьба. Но мы готовы предложить вам щедрое вознаграждение за ваше… сотрудничество.
Он сделал многозначительную паузу, давая де Лонвийе возможность оценить всю глубину их предложения. Губернатор, однако, молчал, не сводя глаз с лица говорившего. Он ждал, что же эти англичане предложат ему взамен. Золото? Титул? Земли? Он был готов ко всему, но то, что он услышал, превзошло все его ожидания.
— Мы готовы разделить с Францией добычу, которую получим благодаря Крюку, — продолжил коренастый англичанин. — Пятьдесят на пятьдесят. Половина — вам, половина — нам. Справедливое разделение, не так ли?
Де Лонвийе не верил своим ушам. Пятьдесят на пятьдесят? Они что, считают его идиотом? Они предлагают ему долю в добыче, которую еще только предстоит получить, в обмен на предательство своего капера? Да еще и делят шкуру неубитого медведя!
