Утро на Сент-Китсе встретило меня жарким солнцем и гомоном порта. Я едва успел спрыгнуть с гамака и потянуться, как на палубе «Грозы Морей» началась суета. Матросы перекрикивались, таскали какие-то мешки — будто корабль готовился к отплытию, хотя я ничего такого не слышал. Сэм, как и обещал, уже шнырял среди команды, вынюхивая, кто готов пойти за мной. Я по канату перелез на борт «Грозы». Хотелось перекинуться парой слов с Ли, коком, но не успел даже рта открыть — на палубу ввалился Роджерс, как черт из табакерки, с широкой ухмылкой и громким голосом. За ним топталась вся команда, и я сразу почуял неладное. Этот старый лис что-то задумал.
— А вот и наш Доктор Крюк! — гаркнул он, заметив меня у борта. Его глаза блестели, но не радостью, а чем-то хитрым, как у шулера перед сдачей крапленых карт. — Собрал вас, ребята, чтобы сказать: я, капитан Роджерс, чертовски рад, когда из моей команды вырастают капитаны собственных судов! Правда, такого еще не бывало, но Крюк — первый. Выкупил бриг, хотя и в долг, стал хозяином — честь ему и хвала!
Команда загудела, кто-то хлопнул в ладоши, кто-то присвистнул. Я стоял, скрестив руки, и ждал подвоха. Роджерс не из тех, кто раздает похвалы просто так. За его улыбкой всегда прячется нож — то ли в спину, то ли в карман. Я кивнул, стараясь не выдать подозрений.
— Спасибо, капитан, — буркнул я, прищурившись. — Приятно слышать.
Но внутри все напряглось. Он слишком гладко стелет, этот Роджерс. Я ждал, что он вот-вот вцепится мне в глотку, а он тут песни поет. Не верю.
Сквиббс, квартирмейстер с крысиным лицом и вечно бегающими глазками, шагнул вперед, потирая руки.
— Ну что, Крюк, набрал уже команду для своего корабля? — спросил он, скалясь так, будто знал больше, чем говорил.
Я покосился на Роджерса. Тот стоял, сложив руки за спиной, и смотрел на меня с той же ухмылкой. Черт его знает, что у него на уме. Я решил играть осторожно.
— Пока нет, — сказал я, выдержав паузу. — Но хотел бы Сэма забрать. Парень толковый, мне такие нужны.
Сэм, стоявший неподалеку, выпрямился, как юный петушок, и чуть не подпрыгнул от радости. Роджерс кивнул, но я заметил, как дернулся уголок его рта. Он скрывал злость — я это нутром чуял. Однако голос его остался ровным, как штиль.
— Хороший выбор, Крюк, — сказал он, похлопав Сэма по плечу. — Сэм — парень что надо. Забирай, не жалко.
И тут началось то, чего я не ожидал. Стоило Роджерсу договорить, как команда загудела громче. Стив шагнул вперед, подняв руку.
— Я с Крюком! — заявил он громко. — Видал, как он «Морских Дьяволов» уделал, да и с Олоне справился. За таким капитаном я пойду!
Я чуть не поперхнулся воздухом. Это что, само собой пошло? Но дальше — больше. Сквиббс, этот крысеныш, вдруг тоже подал голос:
— И я с Крюком! Два боя за пару недель — это вам не ром в трюме гонять. С ним добыча будет!
А вот это странно. Сквиббс?
Команда загудела еще сильнее. Один за другим матросы выкрикивали свое «с Крюком!». Неужели я так хорош для них? Или Роджерс так сильно всех достал, что даже Сквиббс от него слинял?
С другой стороны, два боя — с «Морскими Дьяволами» и с кораблем Франсуа Олоне — сделали свое дело. У меня уже был авторитет, о котором я и не подозревал. Половина «Грозы» — человек тридцать, если не больше — рвалась ко мне. Я бросил взгляд на Бена, боцмана. Он хмуро стоял и молчал. Ясно — остается с Роджерсом. Потом перевел глаза на Ли. Кок отвел взгляд, потупившись. Он тоже не пойдет. Не ожидал. Я на него рассчитывал.
Роджерс поднял руки, призывая к тишине. Ухмылка с его лица сползла, сменившись кислой миной, но он быстро взял себя в руки.
— Ну что ж, — сказал он, оглядывая команду. — Не ожидал я такого, честно скажу. Но насильно никого не держу. Кто хочет — идет с Крюком. Это ваш выбор.
Я прищурился. Опять эта его игра. Он слишком легко отпускает людей, слишком спокойно говорит. Где-то тут подвох, как змея в трюме. Может, хочет потом мне счет выставить? Или корабль назад отжать, когда я отвернусь? С Роджерса станется. Но я кивнул, будто ничего не заметил.
— Спасибо, капитан, — сказал я. — Ценю твою честность.
Он хмыкнул, а потом махнул рукой боцману. Бен притащил шкатулку — потертую, с железными углами, полную монет. Роджерс открыл ее, доставая кошели с дублонами, и начал расчет с уходящими. Каждому — его доля за последние плавания. Сэм получил свой кошель первым, чуть ли не подпрыгивая от счастья. Стив и Сквиббс тоже взяли свое, хлопнув меня по плечу. Остальные подходили по очереди, и вскоре половина команды стояла за моей спиной, а вторая — за Роджерсом. Линия раскола прошла четко, как трещина в палубе.
Когда расчет закончился, Роджерс подошел ко мне. Его тяжелая рука легла на мое плечо, и он протянул другую для пожатия. Я встретил его холодный взгляд, несмотря на кривую улыбку.
— Удачи тебе, Крюк, — сказал он, сжимая мою ладонь так, что кости хрустнули. — Ты молодец, далеко пойдешь. Про долг не забывай.
