– … обычно умирали вместе с фараоном, – закончила Эллисон.
– Кому я это рассказываю! Вы знаете историю не хуже меня.
Имелись и другие ловушки, которые, разумеется, сейчас были безопасны и лишь демонстрировали то, насколько ловкими и искусными были архитекторы того времени. Эллисон радовалась, когда обнаруживала тот или иной скрытый механизм. Она и Фарух беззаботно смеялись, их тела то и дело приближались, возбуждение нарастало, глаза начинали блестеть, а губы – дрожать. Потом они отдалялись друг от друга, и контакт терялся.
Наконец, Фарух схватил ее за руку.
– Пойдемте! – произнес он с загадочной торжественностью. Эллисон не впервые видела саркофаг, но всякий раз ее охватывало странное волнение. Это же чувство возникло и здесь, хотя она знала, что речь идет лишь об искусной копии. Посмертная маска фараона в полутьме сияла загадочным светом. Предметы, опускаемые в могилу с покойником, – настоящие скульптуры – отбрасывали причудливые тени и, казалось, жили своей жизнью.
– Как чудесно, – прошептала Эллисон. – Это нечто особенное! Спасибо вам, Фарух!
Тот снова нажал на потайную кнопку, и крышка саркофага вместе с маской бесшумно открылась. Под крышкой обнаружилась мумия, которой, разумеется, было гораздо меньше, чем несколько тысяч лет. Людям с бурной фантазией это показалось бы жутковатым, но Эллисон и Фарух считали эту обстановку вполне романтической.
По стенам располагались электрические лампы, сделанные в виде факелов. Две из них горели, распространяя вокруг тусклый свет. Фарух привлек Эллисон к себе; молодая женщина уже не сопротивлялась, когда он нежно поднял пальцами ее подбородок вверх и медленно дотронулся своими губами до ее губ. Эллисон ответила на поцелуй, и через секунду молодые люди стояли в полутьме, тесно обнявшись, позабыв обо всем на свете.
Весь следующий день дождь лил как из ведра. Но, несмотря на непогоду, на выставку снова пришло множество людей. Когда последние посетители покинули музейные залы, Фарух бен Салах и Харви Флетчер, как и положено, начали ежевечерний обход.
– Харви, а почему вы отрицали, что скарабей, которого принес инспектор Келли, является частью этой выставки?
Оторопевший Флетчер остановился и с ненавистью уставился на коллегу.
– О чем это вы говорите? – резко спросил он.
– Не держите меня за дурака. Я отбирал для этой выставки все экспонаты и поэтому знаю каждый предмет, – не меняя интонации, произнес египтянин. – Я намеренно не сказал ничего инспектору, потому что хотел сначала поговорить с вами.
– Вы, должно быть, ошибаетесь, Фарух. Возможно, в коллекции есть другой скарабей.
– Я не ошибаюсь, Харви. Вещица ручной работы. Другой такой во всем мире нет. И я очень хотел бы знать, какое вы имеете к этому отношение и как фигурка скарабея оказалась в руках мертвого политика, который ни разу в жизни не посещал эту выставку?
– Это длинная история, – ответил Флетчер и ухмыльнулся. Он даже не пытался лгать, поняв, что египтянин его подозревает и так просто не отступит.
– У нас полно времени, – ответил бен Салах.
Флетчер выпустил сквозь зубы воздух и продолжил, громко и злобно рассмеявшись:
– Фарух, поверьте, я не собираюсь выпустить из своих рук даже крохотную часть этих фантастических предметов. Наоборот, я позабочусь о том, чтобы все они находились под защитой бога.
Бен Салах покачал головой:
– Боюсь, я вас не понимаю.
– Нет? А ведь это так просто! Я имею в виду бога Сета, под защитой которого находятся все эти экспонаты и я. Однако, чтобы надлежащим образом отблагодарить бога, мне нужны деньги. Много денег. И я их добываю очень ловким способом у доверчивых невежд.
– Так это вы убили тех четверых, о которых говорил инспектор? – Фарух почувствовал легкий приступ панического страха. Флетчер спятил? Или он на самом деле хладнокровный убийца?
– Я еще никого не убил! – возмущенно ответил Харви, уверенный в своей невиновности. – Во всяком случае, собственными руками. Убивает бог, который считает это правильным. Он ведь знает, кто именно сомневается в его могуществе и кто собирается использовать хотя бы часть древних сокровищ для своих личных целей.
Теперь Фарух был уверен в своей догадке:
– Вы сошли с ума, Харви. Но об этом не мне судить. Расскажите, как вы все это устраиваете? Как вы получаете деньги, о которых говорите? И как именно убивает бог?
– Это не ваше дело, – отрезал Флетчер. – Вы отрицаете могущество бога! Вы неверный, Фарух бен Салах!
Последние слова он прокричал громко. У египтянина в этот момент возникла одна единственная мысль – бежать! Он развернулся и рванулся в сторону.
Но Флетчер это предвидел. Словно хищник, он прыгнул на мужчину сзади, повалил его на пол и безо всяких эмоций стал колотить кулаками по голове. У растерявшегося Фаруха не было никаких шансов, и после нескольких сильных ударов он потерял сознание.
Харви Флетчер перевел дыхание, замер и прислушался к голосу, который отдавал ему приказы. Сразу после этого он утащил тело с прохода.
