– Отложить на десять дней?
– Да, так было бы удобно.
– Не думаю, мама, что мистеру Ориелу этот вариант понравится. Ты же знаешь, что ему пришлось специально вносить изменения в воскресные службы…
– Вот еще! Неужели тема воскресных служб сельского пастора способна повлиять на такое событие, как свадьба Фрэнка? Они будут иметь… сколько? Тысяч двенадцать-пятнадцать фунтов годовых!
За ночь леди Арабелла успела подсчитать чужие деньги не меньше дюжины раз, неизменно получая результат немногим меньше верхней суммы. А тут вдруг возникли воскресные службы мистера Ориела!
После долгих рассуждений ее светлость все-таки согласилась с предложением дочери принять мисс Торн в Грешемсбери, вместо того чтобы самой посетить будущую сноху в доме доктора.
– Если считаешь, что Мэри не откажется явиться первой, то, конечно, здесь мне будет проще выразить чувства. Пожалуй, Беатрис, сегодня удобнее расположиться в большой гостиной. Не забудешь передать миссис Ричардс?
– О, конечно! – ответила Мэри, когда Беатрис слегка дрожащим от волнения голосом предложила вместе отправиться в большой дом. – Обязательно пойду с тобой, если леди Арабелла меня примет. Только вот что, Триши…
– В чем дело, дорогая?
– Фрэнк подумает, что я явилась ради него.
– Пусть думает что угодно. Честно говоря, Мэри, я сама частенько навещаю Пейшенс в надежде встретить Калеба. Не бойся, все в порядке.
Мэри очень спокойно надела соломенную шляпку и сказала, что готова выйти из дома. Беатрис слегка разволновалась и не смогла скрыть душевного трепета. Сама же Мэри, скорее всего, разволновалась значительно больше, однако виду не подала. Обдумывая первую встречу с леди Арабеллой, победное возвращение в большой дом, она решила, что надо держаться так, как будто никаких сложностей не существовало. И уж, конечно, нельзя ни в коем случае показать, что вместе с ней в Грешемсбери войдет достаток в сопровождении душевного спокойствия, свободы и нового изобилия.
Когда подруги вышли из дома, обитатели поместья уже успели услышать поразительную новость. Привратница из сторожки присела в тяжеловесном реверансе, косивший лужайку садовник почтительно поклонился, а открывший парадную дверь дворецкий – должно быть, наблюдавший за приближением гостьи – предстал в безупречно чистом шейном платке.
– Да благословит вас Господь, мисс Торн! – многозначительно приветствовал девушку старик.
Мэри слегка смутило это откровенное выражение радости. Впрочем, почему бы и не обрадоваться встрече с фактической владелицей Грешемсбери?
И вот наконец ливрейный лакей распахнул дверь в большую гостиную. Девушки встревожились. Мэри почувствовала, что не в силах войти в комнату так же непринужденно, как два года назад, но заставила себя преодолеть смущение и страх.
– Мама, вот Мэри, – объявила Беатрис.
Несмотря на то что старательно готовилась к встрече, в эту минуту леди Арабелла тоже не вполне владела собой.
– Ах, Мэри, дорогая Мэри, что же я могу тебе сказать? – Прижав к глазам платок, ее светлость быстро подошла к девушке и спрятала лицо на ее плече. – Простишь ли мне тревогу за сына?
– Здравствуйте, леди Арабелла, – ровным голосом произнесла Мэри.
– Моя дочка! Мое дитя! Невеста моего дорогого Фрэнка! Ах, Мэри, ах, девочка, если я держалась сурово, то только из любви к мальчику!
– Теперь уже все в прошлом, – спокойно сказала Мэри. – Вчера мистер Грешем заверил меня, что я должна быть принята в доме как будущая супруга Фрэнка, и потому, как видите, я пришла.
Она высвободилась из душных объятий леди Арабеллы и скромно присела на стул, а уже спустя пять минут вместе с Беатрис скрылась в классной комнате, чтобы расцеловать младших девочек и ознакомиться с приданым подруги. Но вскоре увлекательное занятие оказалось прерванным и, возможно, начались бы новые поцелуи – помимо детских, – если бы Беатрис по-хозяйски не распорядилась:
– Тебе здесь нечего делать, Фрэнк. Правда, Мэри?
– Абсолютно нечего.
– Посмотри, что он сотворил с моим поплином. Надеюсь, к твоим вещам отнесется более бережно и не допустит столь грубого обращения.
– Ориел хорошо умеет упаковывать фарфор? А, Беатрис? – поинтересовался Фрэнк.
– Во всяком случае, он достаточно аккуратен, чтобы ничего не испортить.
Так Мэри вновь почувствовала, что в Грешемсбери она дома.
