Дети Шерлока Холмса
ЛЕШАКИ С ВЕДЬМАКАМИ
Дядя Федор был классный водитель. И когда садился за руль, то сразу становился самым счастливым человеком на свете. Зато когда на дороге показывался пост ГАИ или машина ДПС (дорожно-патрульная служба), он сразу становился самым несчастным человеком. Он съеживался за рулем и поглядывал на дорогу через ветровое стекло, как испуганная птичка из гнездышка. Потому что у дяди Федора не было водительских прав. Вернее, они были, но такие старые, что даже фотография на них была чужая, какой-то женщины. Наверное, его мамы.
Вот и сейчас дядя Федор спрятался за приборной доской и прошептал нам с Алешкой:
– Отвлекайте их, отвлекайте…
Ага, отвлекайте! На прошлом посту Алешка отвлек - показал язык гаишнику. Тот сразу остановил нас и стал делать замечание. Пришлось папе показывать свое милицейское удостоверение. Это нас и спасло. Правда, на прощанье капитан сказал:
– Все-таки, товарищ полковник, детей надо воспитывать.
– Сегодня же вечером, - пообещал папа и так посмотрел на Алешку, что тот сразу нырнул под мамино крылышко. А мама сразу за него заступилась:
– Подумаешь… Язык показал. Ребенок должен развиваться свободно. Раскрепощенно. Расти как…
– Как крапива под забором, - перебил ее папа.
Ну тут у них пошел обычный педагогический спор. Мы, конечно, его слушать не стали и с интересом принялись разглядывать окрестности. А дядя Федор, повеселев, когда миновала опасность, стал радостно нас информировать:
– Не, ну вы чувствуете, друзья, что мы едем по земле древней Смоленщины. - И даже запел, как ворон на суку: - «И на старой Смоленской дороге повстречали незваных гостей…»
Лучше бы он не пел. Потому что накаркал. Впереди показались эти самые незваные гости. Дорожный патруль, остановивший для проверки громадную фуру, разукрашенную рекламами колы и пепси.
Дядя Федор тут же прикусил язык и нырнул под руль. Наверное, со стороны казалось, будто машина бежит по дороге сама по себе.
А внутри воцарилась настороженная тишина. Только мама с папой горячо продолжали свою дискуссию:
– И вообще! - говорила мама. - Ты за пятнадцать лет нашей совместной жизни ни разу посуду не помыл!
– За шестнадцать! - гордо уточнил папа. - Я каждый день по минутам помню. - Непонятно только было из его слов, чем он все-таки гордится? Тем, что ему такая хорошая жена досталась, или тем, что у нее такой хороший муж. Который за шестнадцать лет ни разу посуду не помыл.
Мама тоже задумалась, и поэтому, когда дядя Федор опять зашипел: «Отвлекайте их, отвлекайте!», она машинально высунула в окошко язык. У нее даже это лучше, чем у Алешки, получилось.
Но напрасно она старалась. Гаишники не обратили на нас никакого внимания. Они были заняты делом, проверяли остановленную фуру. Только один из них - такой маленький росточком, что форма висела на нем, как драный пиджак на огородном пугале, - помахал нам полосатым жезлом, мол, проезжайте, проезжайте, товарищ водитель, не мешайте работать. Проверка, значит, на дороге.
Дядя Федор обрадовался, снова вырос над рулем и прибавил скорость. Я оглянулся и успел заметить, как водителя фуры и его напарника усаживают в милицейский «жигуленок» с мигалкой на крыше и синими буквами «ДПС-16» на борту. А за руль фуры садится коротышка Пугало.
Видно, что-то подозрительное углядели бдительные дорожные стражи. Знали бы мы заранее - что именно, наша жизнь в ближайшую неделю прошла бы намного спокойнее. Но скучнее…
А дядя Федор опять развеселился и продолжил прерванную лекцию:
– Не, ну вы, соседи, прониклись чувством, а? Мы едем по земле древней Смоленщины.
Мы изо всех сил глазели по сторонам, но никакой особой древности и Смоленщины не видели. Справа - леса, слева - поля, а среди них - деревеньки.
Дядя Федор уже приготовился снова запеть свою песню, но что-то остановило его. Он стал ерзать на сиденье, чмокать губами и крякать, будто подгонял уставшую лошадь.
А она не слушалась его и бежала все медленнее. И, наконец, вообще перешла на шаг. Даже спотыкаться начала.
Дядя Федор свернул с дороги возле указателя «Рыбхоз», на котором была нарисована золотая рыбка с павлиньим хвостом, и остановился среди травки, на лужайке, сбоку которой журчал в канаве ручеек. Он вышел из машины, поднял капот и покачал головой.
Дядя Федор был великий мастер по машинам. Вот эту он собрал на свалке и подарил ее нам после совместно пережитых приключений. Машина получилась отличная, похожая на ладный красный «Форд». Она здорово бегала, но иногда вдруг останавливалась. Тем не менее мы отважились поехать всей семьей на землю древней Смоленщины и отдохнуть у какого-то прекрасного лесного озера, где папа в дни своей молодости ловил великолепных окуней и щук.
До озера оставалось совсем немного…
– Придется здеся ночевать, Саныч, - сказал дядя Федор папе, потрогав перегревшийся двигатель. - Дальше она не поедет. Отдыхать ей пора. - И он нырнул под капот, пытаясь что-то там наладить.
Мы с Алешкой немного огорчились, нам хотелось поскорее добраться до озера, а мама обрадовалась.