Доктор. Заново. полностью

– Точно. Потому «Папа» в узком кругу соратников, куда и Наш, и Ваш, вхожи, решили создать независимую структуру. Тебе предложение оттуда сделают. После того как отсюда выпнут, это, сам понимаешь, не обсуждается. Дальше – тебе жить.

– Спасибо, наверное, всё равно скажу… Предложение сделают твоими молитвами?

– Оставь своё спасибо себе. Скажем, результаты наших проверок принимаются во внимание. А человек с кличкой «Маразм» определённый вес имеет, как объективная независимая оценочная величина. Которая никогда не гребла под себя. И ездит в сорок с лишним лет на машине жены. У тебя ж детей нет?

– Пока не сподобился.

– А у меня скоро будет. Первый. Вот я сейчас стараюсь делать так, чтоб на его долю говна осталось хоть чуть, но поменьше. И чтоб его такой, как ты, с этими деятелями из райотдела, не трамбовали «ни за что – просто по щучьему велению». Ладно, будя сантиментов. На всякий случай, на будущее, как отсюда выйдешь: за ментов – друзей своих – себя не казни.  Они, в отличие от тебя, не бессребреники. И не в интересах дела куролесили. Так что, им – по заслугам. Подробности узнаешь, как выйдешь. Бывай.

Приятные утренние занятия прерывает телефон. Вначале звонит Олег. Трубку подымаю сразу:

– Слушаю.

– Ты дома?

– Да. 

– Накидки я на мойку завёз. Отдал женщине в очках.

– Да, всё правильно. Благодарю за точность. – Улыбаюсь по телефону. 

– В продолжение ночного разговора. Отбой тревоги, можешь не волноваться. У нас получилось всё закончить.

– Спасибо. – Не знаю, как его благодарить более развёрнуто, но он, кажется, в этом и не нуждается, поскольку сразу отключается.

Ещё через минуту телефон снова звонит, и снова крайне не вовремя. На этот раз – оба доктора с одной трубы, включенной на громкую связь. Начинает С.В.:

– Саня, ты сейчас сильно занят?

Я не успеваю ответить, как подключается И.В.:

– Есть разговор. Мы тут кое-что придумали, хотим с тобой обсудить. Когда можешь подъехать?

– Если позволите, через небольшую паузу.

– Ладно, только до обеда, хорошо? – это опять С.В.

– До обеда – точно буду.

Не успеваю я повесить трубку, как раздаётся звонок в дверь. Пока влезаю в  спортивные трусы и иду к двери, буквально за двадцать секунд звонок переходит в стук и глухой  голос из-за двери вещает:

– Полиция, быстро открыл!

В следующие десять секунд опрометью успеваю несколько вещей: первое – набираю с телефона видеозвонок Олегу. Телефон ставлю к стенке коридора так, чтоб в фокус камеры попадал весь коридор до входной двери. Второе – открываю дверь во вторую комнату и запускаю в фейсбуке прямую трансляцию с видом также на коридор. Хорошо, интернет не выключаю в целях экономии времени – живу последние дни по секундомеру. Третье – в правую руку беру теннисный мяч. И четвёртое – открываю двери.

В двери вваливаются два каких-то небритых мужика (правда, трезвых) и одновременно говорят:

– Так, быстро собрался – едешь с нами. – Это первый.

– Александр Стесев? – Это второй.

Держу в голове, что идёт сразу две трансляции. но при даме пасовать – как-то не комильфо. Потому только губами обозначаю:

– Пошли на—й, клоуны. – Звук в трансляцию не попадает, у техники не хватит разрешающей способности.

Небритые мужики приступают к выкручиванию мне рук. Ну, как приступают. Пытаются. Терять мне особо нечего; что происходит – я не понимаю; потому не до миндальничания.  Одному бросаю в лоб предусмотрительно захваченный теннисный мяч (двух мужиков за дверью я, естественно, почувствовал. Как и обе их нервные системы, фонящие адреналином). Бросаю быстро. В принципе, удар от мяча – так себе, как газетой. Но даже шлепок по лбу, плюс скорость столкновения, ошеломляют на секунду. Тем более – этого малоспортивного борова. 

Пока он отшатывается назад, вскидывает ладони ко лбу, смотрит на мяч, отлетающий от его лба, опускает ладони, зачем-то смотрит на них – просто бью второго по корпусу. Ощущение как железной трубой ткнул в мягкую подушку. Не боец – выбывает.