— Я и сейчас ни за кем не бегаю! — слишком резко ответил друг. — Знаешь, бывают такие моменты, что ни карьера, ни чья-то судьба тебя вообще не волнует. Вот, наверное, это и повлияло.
— И что же это?
— А вот это тебя совершенно не касается! — отрезал Милованов.
— Я думал, что с друзьями всем делятся, — сделал вид, что обиделся.
— Не всем. Далеко не всем. И я надеюсь, что тебе никогда не придется пережить такие минуты, когда легче сдохнуть, чем жить дальше.
Наконец, Юля позвонила. Наверное, первый раз в жизни, когда я мог слушать девушку бесконечно! Она рассказала, как они провели день. Теперь я понял, что Янка затащила ее в свой салон. Что ж, это куда лучше, чем то, о чем я успел подумать! Рассказала, что тоже получила от Алёнки рисунок, который уже успела повесить на стену, что просто в восторге от моей сестры и племяшки. Почему-то в груди кольнуло чувство ревности к ним. Хотя Яна и Алёна для меня тоже много значили!
С нетерпением ждал выписки. Поэтому, получив на руки выписной лист, радовался, словно получил право на свободу! Но радость была преждевременной. На работе образовался такой завал, словно кроме меня никто и не работает больше! Доверие Бориса Тимуровича, конечно, мне приятно! Но. Я же не могу все тащить только сам!
Разобрав срочное, хотел уже идти к Антонову, как он сам вызвал меня к себе. В больнице он меня не навещал. Но то, что был в курсе, это точно. Не любит он показывать свою заботу. И любое ее проявление считает слабостью.
— Проходи, Дмитрий, садись. Разговор есть. — Вместо приветствия произнес отец.
— Слушаю, — сел напротив. Хотя так хотелось высказать свои претензии, что некоторые вопросы по снабжению никак не контролировались. И сейчас в срочном порядке нужно сделать заказ и заткнуть образовавшиеся дыры.
— Положение дел видел?
— Видел. — Так и вертелись на языке вопросы. Сдержался.
— Спросить ничего не хочешь?
«Хочу! Еще как хочу!»
— Думаю, ты сам все объяснишь.
— Тоже верно. Копает кто-то под меня, сынок.
— В каком смысле? — не совсем понял, о чем он говорит.
— А какой тут еще может быть смысл? Я — практически единоличный владелец в своей сфере. Конкурентов и близко не вижу. Даже мелкие, кто пытается работать в этом направлении, быстро понимают, что долго не протянут. Так?
— Так, — согласился.
— Вот и не нравится это кому-то. Я даже рад, что ты в больничке все время был.
— Погоди, ты хочешь сказать, что это было все-таки нападение?
— Ну, не совсем нападение. Видно припугнуть решили. Никто же не думал, что сынок Милованова с цепи сорвется. А он лицо — неприкосновенное!
— Так, это не Андрюху хотели напасть?
— Нет. Милованов старший все проверил. Андрюху твоего случайно зацепили.
— Бред! Прости, папа. Но какой смысл «пугать» меня, когда я просто пешка? По большому счету, им проще «убрать» с дороги тебя!
— Вот спасибо на добром слове! — не удержался от сарказма Антонов. — Только ты не учел, что, если «уберут» меня, то появятся два представителя: ты и Яна.
— Я понимаю, что Яна идет как наследница, а я тут причем?
— А притом, что половина всех бумаг зарегистрирована на тебе!
— И что ты предлагаешь?
— Пока ничего не предлагаю. Я советовался со своим юристом, Аркадием Юрьевичем. Он сейчас по делам в Германии. Как только освободится, сразу вернется, а пока он рекомендовал, исключить появление любых новых лиц, как в управлении, так и в персонале. И следить за тем, что, и главное — кому, ты говоришь о работе.
— То есть ты намекаешь, что идет слив информации?
— Не я. А Неверов. — В этом отец прав: Неверов Аркадий Юрьевич полностью оправдывал свою фамилию. — А ты прекрасно знаешь, что рано, или поздно, но все равно найдется лазейка, чтобы убрать нас с дороги.
— Но почему я?
— Потому что ты — моя правая рука! И, по сути, все лежит на тебе! Убирать тебя не выгодно. Твое место есть, кому занять, а вот подойти поближе и тянуть за ниточки — это запросто. Теперь понял, почему я никого не подпускал?
— Понял. Разберемся.
— Вот и молодец!
Не скажу, что совсем уж неожиданно. В бизнесе всегда нужно держать ухо востро. Но чтобы вот так открыто?! Это слишком самоуверенно, если не сказать, что нагло.
Проверил все: каждое разрешение, сроки, лицензии, рекомендации и прочее — все, за что можно зацепиться. Ведь известно, что стоит только оступиться, допустить маленькую ошибку, как она тут же разрастется в глобальную катастрофу.
Позвонил Яне. Предложил вместе пообедать. Доверять разговор телефону не стал. Но Яна была слишком лирически настроена.
— Дим. Ну, не нагнетай! Такое ощущение, что первый раз! Чтобы «убрать» папу с дороги, бульдозера мало будет! И это тебе прекрасно известно! Все как обычно! Попаникует, подымет всех на уши, заставит работать двадцать четыре на семь, а сам будет сидеть в любимом кресле и пускать дым в потолок! Ты лучше скажи, мне Алёнке что говорить?
— По поводу?
— По поводу субботы, склерозный ты наш! Кто-то обещал ребенку мультики и вкусняшки, а сам решил в больнице отлежаться! Меня Алёна каждый день терроризирует!
