По мнению полковника Хомутова, генерал-майор Булак-Балахович не столько вреден сам, сколько вредны окружавшие его люди, например министр без портфеля Иванов, полковник Стоякин (расстрелян). В настоящее время части ген[ерал]-м[айора] Булак-Балаховича переведены во 2 стр. корпус и находятся, как уже сказано выше, под командованием ген[ерал]-лейт[енанта] Арсеньева.
Все вышеизложенное усугубляется вопросом о том положении, в котором очутится Сев[еро]-Зап[адная] армия в случае заключения Эстонией мира с большевиками. Принимая во внимание настроение масс и крайне левого правительства Эстонии (см. ниже), здесь почти безошибочно можно предугадать самое нежелательное явление. Эстония через свою территорию войска Сев[еро]-Западной армии не пропустит, и вероятность открытых конфликтов вполне возможна.
Вот в общих чертах положение армии (живой силы), которая сама ощущает на себе все плюсы и минусы союзнической ориентации, и краткие указания, как она реагирует на такое отношение к ней тех, на чью помощь она надеется.
Резюмируя все вышеизложенное, полковник Хомутов находит положение Сев[еро]-Западной армии трагическим, как и всякой армии, не имеющей тыла.
Казалось бы, прямым защитником интересов армии является Северо-Западное правительство, но и здесь мы находим факты, свидетельствующие, что русское правительство в Эстонии самостоятельно лишь постольку, поскольку этого хотят и поскольку это интересно англичанам. Очень характерен сам факт составления кабинета: утром, не предупреждая генерала Юденича как Главноначальствующего и представителя русской власти в Эстонии, английское командование приказало вышеназванному Иванову представить списки кандидатов на посты министров. Назначив министром-президентом Лианозова 13, они поручили в тот же день к 6 часам вечера составить Северо-Западное правительство. Когда к назначенному сроку Лианозов составил кабинет министров, со стороны английских властей поступило новое приказание: признать к 7 часам вечера того же дня самостоятельность Эстонии. Под какими угрозами или обещаниями, неизвестно, но к 7 часам вечера была признана и подписями членов русского Северо-Западного правительства (три) засвидетельствовано признание независимой Эстонии. По имеющимся у полковника Хомутова данным, все министры были де факто назначены уже заранее самими же англичанами и приказание их Иванову была лишь маска.
По составу своему правительство это определенно левое, союзнической ориентации, имеющее в своей среде большой процент евреев и министра без портфеля Иванова (по свидет[ельству] полковника Хомутова, большевистский агент), который в настоящее время, после разоблачения его деятельности полковником ф[он] Валь удален из состава правительства. Одним из представителей умеренного толка является военный министр, главнокомандующий, генерал от инфантерии Юденич, который существенного и сколько-нибудь решающего значения не имеет вследствие, по мнению полковника Хомутова, его слабоволия и нерешительности.
Одною из первых мер нового правительства было удовлетворение армии денежным довольствием. Были заказаны в Швеции денежные знаки Северо-Западного правительства. В середине сентября новые деньги, за подписями министров Лианозова и ген[ерала] Юденича, были доставлены в армию. Для введения на рынок (на деньгах нет никаких подписей или знаков, свидетельствующих, что они гарантированы Англией) правительством был искусственно поднят курс до 150 руб. [вместо] 100. Когда же у правительства запас эстонских денег (около 12 000 000 руб.) был исчерпан и банки перестали менять новые денежные знаки на эстонскую валюту, курс их стал быстро падать и в последнее время курс их на рынке стоял очень невысоко, и денежный вопрос, таким образом, остается в правительстве очень острым. Что же касается гарантии их английской валютой, то, по мнению полковника Хомутова, вопрос этот является еще вопросом открытым. Вполне понятно, что армия, видя, к какому результату привела денежная политика нового кабинета, не говоря уже о других более или менее крупных нетактичностях, лишь тормозящих ход общего дела, вскоре правильно оценила дееспособность Северо-Западного кабинета и в результате последний почти потерял доверие фронта; кроме того, правительство это настолько несамостоятельно, что оно не может противостоять желанию эстонцев выселить весь кабинет на правый берег Нарвы. В общем, по мнению полковника Хомутова, положение Северо-Западного правительства более чем непрочно, во-первых, вследствие своей недееспособности (результат отсутствия государственных умов) и, во-вторых, вследствие потери, благодаря своей неумелой политике, доверия у армии, на которой зиждется всякая власть. Что касается политики, то она состоит в глубоком заискивании у англичан и в беспрекословном исполнении их желаний.
