Он смотрел на картину и понимал, что такая офигительная работа так глупо испорчена. Как бы ему хотелось это исправить, стоило ему только об этом подумать, как капли синей краски буквально вылезли из полотна, тут же капая на ковер и пачкая его.
От увиденного парень уронил кисточку из рук.
– Что за черт…
– Митчел, может ты уже объяснишь, почему в восемь утра выходных мы торчим у тебя в спальне, а не в своих кроватках? – Алрой сидел на кровати друга, обнимая его подушку, то и дело зевая.
– Потому что… Это важно и я… Я не, – после вчерашнего парень выпил еще две кружки кофе, потом валерьянку и вырубился замертво. А проснувшись, понял, что ему это не приснилось, и начал звонить друзьям, пока они все не собрались у него дома.
– Митчел, с тобой все в порядке? – Эви смотрела на брюнета, который носился по комнате туда-сюда, нарезая круги вокруг своего мольберта.
– Да… То есть нет, – парень схватился за вчерашнюю картину и почти тыкнул ее в лицо ничего не понимающим друзьям.
– Твоя новая картина, мы поняли, – Марк выглянул из-под одеяла. – Что дальше?
Почему они вообще лежат в чужой кровати как в своей? У этих ребят нет никаких границ приличия, но сейчас не об этом…
– Нет, вы не понимайте, – Митчел начал тереть свои глаза рукой, он чувствовал себя чертовски усталым, – вчера я пролил краски на него и испортил. А теперь вот – ничего нет!
– Ммм, друг, ты когда в последний раз спал? – зная о проблеме парня, взгляд Алроя сменился с раздраженного на жалостливый. – Может, тебе все показалось?
– Показалось?! Да я своими глазами видел, как эти капли вылезли из этой чертовой картины и испачкали мой ковер, – ногой он указал на край белого предмета декора, который и вправду был заляпан синей краской.
– Глазами, которые уже неделю нормально не закрываются? Митчел, ты просто пролил краску на ковер, а твой уставший мозг создал эту невероятную историю в твоей голове. Просто поспи, а мы пойдем, – Алрой хотел уже встать и покинуть комнату, как его остановил Колеман. Ему все это не показалось бредом.
– Стой, кажется, он не врет.
– Чтоо? Колемаан, и ты туда же? – Марк взвыл под одеялом.
– Ребята, правда, подождите, – Эви подошла к парню и посмотрела в глаза.
– Раздевайся.
– Чтоооо? – голоса всех четверых криком раздались в комнате.
– Эви, может, нам оставить вас одних? – Марк прыснул со смеху – необычное утречко, однако.
– Футболку снимай, говорю. Живо.
– Эви, ты извращенка? Не буду я ничего снимать, лучше дай сказать… – не дослушав брюнета и не обращая внимание на его смущение, девушка сама потянула футболку вверх и заставила парня ее снять.
– Точно извращенка, – Марк хихикнул.
На шее ничего. Ключицы – чисто. Тогда спина? Но на спине практически никогда… Вот – на уровне правой лопатки красовалась нежно-розовая перуанская лилия.
– Вот это даа, – самый активный на сегодня вскочил с кровати и подбежал к другу. – Митчел, засранец, ты когда успел набить тату? На лопатке, да и еще какой-то цветок? Что за розовые сопли?!
– Ты головой ударился? Какая к черту татуировка?? – Митчел не понимал, что происходит, друзья решили его разыграть? Он никогда не стал бы портить свою кожу татуировкой, особенно каким-то цветком. Но, открыв дверцу шкафа и взглянув в зеркало через плечо, он убедился в правдивости их слов. – Что за черт?!
– Я все объясню, – девушка протянула парню его одежду и встала, облокотившись на стол.
– Только не говори мне, что это ты ночью усыпила и набила эту хрень на моей спине, – брюнет все стоял у зеркала с футболкой в руках и не мог поверить глазам.
– Нет, на самом деле у нас у всех есть такие татуировки.
– Я себе такую фигню не набивал, – Марк язвительно хихикнул, заставляя девушку закатить глаза.
Эви молча оттянула ворот красной футболки, обнажая розу на шее, чем вызвала удивленный вздох остальных.
– Ну, все понятно, – Марк почему-то рассмеялся в голос. – Вы оба как парочка решили набить татушки и сейчас разыгрываете этот цирк перед нами. Митчел, как она тебя уговорила на эту розовую фигню?
– Боже, Марк. Заткнись, – весь уже покрасневший брюнет натянул футболку, пытаясь привести мысли в порядок.
– Эти татуировки обозначают нашу принадлежность к Дол-Роузу. У всех она появляется на шее, но так как вы не чистокровные сахиры, то, возможно, они появятся в разных местах.
– Хмм… Дол-Роуз, сахиры – это, что, какой-то сектантский клуб?
– Дол-Роуз – наш настоящий дом.
– Я еще нахожусь в здравом уме, и по-моему, наш дом здесь, – Алрой скрестил руки на груди, пока в его голове происходили серьезные мыслительные процессы.
– Вы не родились там, но там наш дом.
До этого молчавший Колеман находился в шоке. Митчел сахир? Как такое возможно? Они столько лет были вместе, дружили и учились в одном классе, как он мог не заметить никаких изменений в друге? За секунду в его голове пронеслось тысячу мыслей и вопросов, один из которых он все-таки озвучил.
– Эви, откуда ты знаешь о Дриагане?
